Автор: Thejaswini M A
Перевод: Saoirse, Foresight News
В феврале 2025 года, на фоне рыночных ожиданий предстоящего введения тарифов в США, трейдеры массово забирали золото из хранилищ Банка Англии для отправки в Нью-Йорк. Сроки ожидания изъятия слитков увеличились с нескольких дней до 4–8 недель, все слоты на изъятие были полностью забронированы.
Заместитель управляющего Банка Англии по рыночным операциям Дэйв Рамсден сообщил журналистам, что в то утро процедура входа в здание была особенно сложной, потому что в зоне золотого и серебряного хранилища стоял грузовой автомобиль.
На лондонском рынке золота в повседневной торговле обращаются сертификаты права собственности на золото, в то время как физическое золото надежно хранится в хранилищах. Однако в тот период неопределенности возможность изъятия золота напрямую влияла на цены: золото на балансе Банка Англии падало в цене из-за многомесячных очередей на изъятие; цена золота в коммерческих хранилищах росла, покупатели готовы были платить премию, чтобы иметь возможность немедленно изъять и перевезти физическое золото.
В обычный торговый день мая банки, осуществляющие клиринг на лондонском рынке золота, провели операции на сумму 73,7 млрд долларов без какого-либо перемещения физического золота. По состоянию на конец июля в лондонских хранилищах находилось 9534 тонны золота стоимостью 1,2 трлн долларов, что эквивалентно примерно 762 тысячам слитков. Клиринговые организации заявили, что система всегда работала именно так — перемещение физического золота является дорогостоящим и сопряжено с рисками безопасности.
В этой статье рассматривается, почему Управление по финансовому регулированию и надзору Великобритании (FCA) приступило к разработке правил регулирования токенизированного золота и почему соответствующие нормативные акты полностью сосредоточены на системе бухгалтерского учета.
Лондон — мировой центр торговли золотом. Ассоциация лондонского рынка драгоценных металлов (LBMA) является отраслевой торговой организацией и также устанавливает отраслевые стандарты. Окончательный клиринг обязательств и требований сторон осуществляют четыре клиринговых банка: HSBC, ICBC Standard Bank, JPMorgan Chase и UBS. Электронная клиринговая платформа, управляемая этими банками, — это London Precious Metals Clearing Limited (LPMCL, также известная как AURUM).
@lbma
Управление по финансовому регулированию и надзору Великобритании (FCA) вело консультации с крупными банками по вопросу регулирования токенизированного золота и возможности использования таких активов в качестве залога на оптовом рынке. Ранее, 18 мая 2026 года, FCA, Банк Англии и Управление пруденциального регулирования совместно опубликовали отчет, в котором предложили рассматривать токенизированное золото в качестве залога для внебиржевых неклиринговых деривативов, ссылаясь на существующие прецеденты в этой области.
В апреле FCA опубликовало политическое заявление, подтверждающее, что различные фонды денежного рынка (включая токенизированные фонды) имеют право выступать в качестве залога для неклиринговых сделок в соответствии с британской версией Регламента о инфраструктуре европейских рынков (UK EMIR).
style="text-align: left;">В настоящее время в Великобритании 16 организаций проводят пилотные проекты, связанные с токенизацией, в рамках регулятивной песочницы. Правительство Великобритании прогнозирует, что к 2035 году технологии токенизации смогут ежегодно приносить британской экономике дополнительно 33 млрд фунтов стерлингов. Ожидается, что первая токенизированная государственная облигация будет выпущена в начале 2027 года, как раз к обновлению системы залогов Банка Англии; к 2028 году различные цифровые реестры могут быть интегрированы с цифровым фунтом стерлингов.Часто можно услышать мнение, что продвижение токенизации золота в Лондоне вызвано опасениями потери бизнеса в пользу азиатских рынков. Однако факт заключается в том, что эта технология была разработана собственными силами лондонских клиринговых банков. В конце 2023 года HSBC разделил стандартные 400-унциевые слитки в лондонских хранилищах на мелкие цифровые доли для удобства торговли институциональными инвесторами. Впоследствии банк запустил розничную версию в Гонконге, достигнув совокупного объема торгов в 22 млрд долларов, но эта инновация зародилась в Лондоне.
Лондонский рынок золота выполняет четыре основные функции. Первые две — это физическое хранение (хранилища и безопасность) и проверка качества. Проверка качества — это подтверждение соответствия золота стандартам чистоты, чтобы покупателям не приходилось его переплавлять для повторной проверки.
Токены, очевидно, не могут выполнить эти две задачи и должны полагаться на физическую инфраструктуру. Третья функция: регистрация прав собственности на золото. Здесь токены превосходно справляются при низких затратах, и в этом уже есть консенсус.
Четвертая функция — это кредитование, и здесь кроется ключевое противоречие. Токенизация золота лишит существующую банковскую кредитную систему смысла. Используя токены, право собственности на физическое золото можно мгновенно передавать, и инвесторам не нужно будет передавать золото на хранение банку в обмен на удобный канал для торговли.
На лондонском рынке подавляющая часть золота хранится и торгуется в режиме неразделенных счетов. Клиент не владеет конкретными слитками, а имеет общее право требования на соответствующее количество золота. LBMA сравнивает эту модель с банковским депозитом, номинированным в унциях. Клиент является необеспеченным кредитором клирингового члена. Золото в хранилищах консолидируется банками на их балансе для поддержания работы всей торговой системы. После заключения сделки банк может немедленно отразить её на счетах, оставляя себе несколько дней для обработки физической поставки в бэк-офисе.
У покупателя есть два варианта: первый — забрать конкретные физические слитки, что требует оплаты сборов за хранение и связано с медленным процессом передачи актива; второй — владеть неразделенным золотом, что по сути является долговой распиской банка. Инвестор берет на себя кредитный риск банка, но сделки завершаются мгновенно. Большинство участников рынка выбирают второй вариант. В феврале средний размер сделки на рынке был эквивалентен примерно 5 слиткам, и благодаря этой системе золото не покидало хранилищ.
Что произойдет при переходе на модель токенов? Токен сочетает в себе скорость транзакций долговой расписки и юридическую силу права собственности на конкретный физический слиток. Обладая обоими преимуществами, у инвестора не остается никаких причин брать на себя кредитный риск банка. Лондонский рынок уже высоко электронизирован, поэтому простое обновление расчетной технологии — не самое большое изменение.
Причина, по которой FCA в первую очередь фокусируется на сценарии использования залога, а не на торговле, заключается в том, что операции с залогом критически зависят от скорости. Уведомления о внесении маржинального обеспечения дают институтам очень мало времени, а традиционная система расчетов с золотом слишком медленная, что делает невозможным использование 1,2 трлн долларов золота в качестве залога, вынуждая институты использовать наличные деньги или британские государственные облигации. Регуляторы понимают, что запись информации о золоте в реестр на блокчейне может решить эту проблему: право собственности можно мгновенно и точно разделять и передавать, и все хранящееся в хранилищах золото может использоваться как качественный залог.
Сравним три способа хранения золота в лондонских хранилищах: выделенное золото дает право собственности на физический актив, но медленная передача; неразделенное золото передается быстро, но делает владельца лишь кредитором банка с кредитным риском; токенизированное золото сочетает право собственности на физический актив с мгновенной передачей и отсутствием кредитного риска банка.
Аналогичные решения уже внедрены в индустрии ценных бумаг. Сервис HQLAX позволяет таким крупным институтам, как BNP Paribas, Clearstream, JPMorgan Chase, торговать правами собственности на залог без перемещения базового физического актива. Комиссия по ценным бумагам и биржам США в мае 2026 года даже разрешила американским брокерам подключиться к сервису на пилотный период в 36 месяцев.
Эта трансформация была заложена задолго до появления криптовалют, её источником стали жесткие банковские регуляторные правила. Когда глобальные регуляторы ввели правила Базеля III по коэффициенту стабильного финансирования (NSFR), они отнесли неразделенное золото к неликвидным активам, потребовав от банков формирования буфера стабильного финансирования в размере 85%. Лондонская индустрия драгоценных металлов яростно протестовала, предупреждая, что клиринговые банки могут уйти с рынка. Сегодня технологии токенизации завершают преобразования, начатые Базелем III.
У меня есть определенные опасения: движущей силой внедрения этой технологии являются те самые банки, которые когда-то яростно защищали старую систему.
Хранение слитков весом 12,5 кг в хранилище изначально не попадало под надзор FCA; но владение токенами на золото в будущем потребует получения полной регулируемой лицензии.
Правовая среда изменилась в феврале этого года, когда британский парламент принял новую нормативную базу для криптоактивов. С этого момента FCA официально регулирует деятельность по хранению и торговым платформам для криптоактивов. У компаний с 30 сентября есть 5 месяцев на подачу заявок на лицензии, а полный набор правил вступит в силу в октябре 2027 года. Правила все еще дорабатываются: FCA продолжает совершенствовать правила хранения активов клиентов, а законодатели пытаются распространить исключения, действующие на традиционных рынках, на сферу токенов.
Базовое физическое золото само по себе не изменится: хранилища, страхование, охрана будут работать как обычно.
Как только запись о праве собственности примет форму токена, связанная деятельность немедленно попадет в сферу регулирования. Вот где регуляторы проводят границу: основным объектом регулирования являются законные права на золото. Поскольку токены представляют собой новый способ передачи права собственности, FCA должно разработать новые правила регулирования.
Если стоимость учета снижается программным обеспечением почти до нуля, стоимость напрямую перетекает к редкому физическому активу. Доступ на рынок лондонских хранилищ имеет чрезвычайно высокие барьеры: всего четыре клиринговых банка, три компании по обеспечению безопасности и транспортировке, и за последнее десятилетие не появилось новых игроков. Токены не свергнут таких поставщиков физических услуг; код не может воспроизвести систему безопасности физического хранилища. Более того, токены могут даже повысить важность физических хранителей, поскольку каждая цифровая расписка должна быть обеспечена услугой физического хранения. Соответствующим компаниям просто нужно скорректировать бизнес-модель, перейдя от дохода за хранение золота клиентов к стандартизированным сборам за услуги хранения, аудита и сопровождения залога.
Концепция токенизации золота в Лондоне существует уже давно. Paxos и Euroclear пытались реализовать её еще в 2016 году, но проект был закрыт после 13 месяцев работы. Сегодня модель осуществима, и ключевое отличие заключается в том, что движущей силой стали сами клиринговые банки, а не внешние стартапы, навязывающие технологические решения.
Например, HSBC построил собственную систему для обработки всех транзакций, создав закрытую экосистему и самостоятельно контролируя темпы преобразований. Исход этих рыночных изменений зависит от FCA. Регулятору предстоит принять ключевое решение: разрешить ли токенам на золото, выпущенным HSBC, обращаться за пределами экосистемы HSBC. Если регулятор разрешит свободное обращение, структура рынка изменится кардинально; если запретит, старая банковская модель продолжит существовать под новой оболочкой.
Как мы можем определить, произошла ли настоящая токенизация? Процесс трансформации можно отслеживать по публичным данным LBMA.
LBMA публикует два набора данных: общий объем торгов на рынке и объем клиринга через традиционный центральный реестр. Как только рынок начнет массово использовать токены, общий объем торгов останется высоким, инвесторы продолжат покупать и продавать; но объем традиционного клиринга снизится. Потому что транзакции с токенами осуществляют мгновенные переводы в блокчейне, полностью минуя традиционную лондонскую клиринговую систему.
В настоящее время объем операций в старой системе по-прежнему огромен. В клиринговом реестре ежедневно происходит смена прав собственности примерно на 20 миллионов унций золота, в то время как около 306 миллионов унций золота постоянно хранятся в хранилищах. Другими словами, в обычный день на каждые 15 унций золота приходится примерно 1 унция, которая переходит из рук в руки только на бумаге, без перемещения ни одного слитка.
Человечество создало математику, криптографию и глобальные сети, и в итоге всё возвращается к золоту, которое тихо покоится в подземных хранилищах, не так ли?
