У биткоина есть $BTC, у Ethereum — $ETH, у Solana — $SOL. Эти монеты не просто торгуются на биржах. Они встроены в работу сетей: ими оплачивают транзакции, используют для вознаграждения участников, а иногда используют как залог для операций.
Но блокчейн может быть устроен иначе. Base работает с $ETH вместо собственной обязательной монеты. Корпоративные сети могут обходиться без криптовалюты вообще. А в некоторых приложениях пользователь даже не видит, чем технически оплачивается его транзакция.
Зачем вообще платить за транзакцию
У любой публичной сети есть предел нагрузки. Каждую операцию нужно проверить, включить в блок и сохранить ее результат.
Если отправлять транзакции можно бесплатно и без ограничений, сеть дешевле завалить мусорными запросами. Комиссия делает такую атаку дороже: миллион лишних операций превращается в миллион платных операций.
Base специально сохраняет минимальную цену транзакции даже при низкой загрузке. Среди причин сама сеть называет защиту от спама. В документации приводится расчет: при $ETH по $2000 минимальная базовая часть типичной операции составляет около $0,002. Для одного пользователя это абсолютно незначительная цифра, но массовый бессмысленный спам превращает ее в серьезную проблему.
Когда желающих провести операции больше, чем помещается в блок, комиссия выполняет еще одну функцию. Пользователи начинают конкурировать за ограниченное место. Тот, кому перевод нужен быстрее, может заплатить больше.
То есть комиссия — это не только заработок участников сети. Она еще и цена доступа к ограниченному ресурсу.
В Ethereum монета защищает сеть
В сети эфириум $ETH нужен не только пользователям. Чтобы самостоятельно запустить валидатор — участника, который подтверждает состояние сети, — требуется внести как минимум 32 $ETH. Валидатор получает вознаграждение за правильную работу, но внесенные монеты одновременно становятся залогом.
За обычный сбой связи предусмотрены небольшие штрафы. За серьезные нарушения, например подтверждение противоречащих друг другу версий цепочки, часть залога уничтожается, а валидатора исключают из работы.
Размер потерь зависит от масштаба нарушения. Если правила одновременно нарушает много валидаторов, штраф резко растет и при крупной атаке может затронуть весь их учитываемый залог.
Смысл простой: нарушая правила сети, участник рискует собственными $ETH. Монета здесь становится частью системы безопасности. Если убрать этот залог, придется придумывать другой способ сделать атаку дорогой.
Кто платит тем, кто поддерживает сеть
Публичная сеть работает за счет независимых участников, которые не являются сотрудниками одной компании. Майнерам и валидаторам все равно нужно оплачивать оборудование, интернет и электричество.
Биткоин рассчитывается с майнерами в $BTC. За найденный блок майнер получает новые монеты и комиссии пользователей. После халвинга 2024 года новая часть награды составляет 3,125 $BTC за блок. Правила сети биткоина сокращают эту сумму вдвое каждые 210 тыс. блоков — примерно раз в четыре года.
Это позволяет сети платить участникам автоматически. Нет компании, которая должна заключить договор с каждым майнером и переводить ему доллары с банковского счета.
В Solana комиссии оплачиваются в $SOL. Базовая ставка составляет 5000 лампортов — минимальных частей $SOL — за подпись транзакции. При высокой нагрузке пользователь может дополнительно заплатить за более высокий приоритет операции.
$SOL используется и в стейкинге: владельцы передают монеты валидаторам, которые поддерживают работу сети, а вознаграждение распределяется между участниками. В таких системах монета — не внешний финансовый инструмент. Она встроена в оплату самой инфраструктуры.
Блокчейн может работать вообще без криптовалюты
Рассмотрим другой пример. Блокчейн платформа Hyperledger Fabric используется для закрытых сетей, где участники заранее известны. Такой реестр могут совместно вести банки, логистические компании или производители.
Каждая организация получает цифровую идентификацию, а правила определяют, кому разрешено отправлять операции, читать данные или управлять системой. Этот блокчейн допускает работу без собственной криптовалюты. Здесь не требуется оплачивать майнинг токеном или покупать монету для запуска программ внутри сети.
Причина — в другой модели доверия. Если неизвестный человек атакует сеть эфириум, его нельзя просто удалить из списка клиентов: такого списка нет. В корпоративной сети участники известны. Нарушителя можно определить, ограничить его права или применить условия договора.
Расходы на серверы компании тоже могут делить обычными платежами. Блокчейн остается блокчейном. Просто экономические стимулы заменяются системой доступа и договоренностями между известными участниками.
Base работает без собственной обязательной монеты
Base — публичная сеть на базе Ethereum. Пользователи могут свободно запускать там приложения и переводить активы, но комиссию оплачивают в $ETH. Отдельный токен Base для проведения обычных операций ей до сих пор не требовался.
Когда сеть запускалась в 2023 году, команда говорила, что выпуск собственного токена ей не нужен. Только в сентябре 2025 года Base впервые сообщила, что начала изучать такую возможность. При этом ни сроков, ни конструкции будущей монеты объявлено не было.
Сам пример показателен: публичный блокчейн может несколько лет работать, развивать приложения и обслуживать пользователей без собственной обязательной криптовалюты. Ему нужен способ оплачивать работу сети, но для этого необязательно выпускать новый актив. Base использует уже существующий $ETH.
Пользователю токен $SOL может вообще не понадобиться
Даже когда монета необходима самой сети, конечный пользователь не всегда обязан ее держать. В Solana каждая транзакция в итоге оплачивается в $SOL. Но заплатить может приложение или другой счет.
Например, человеку прислали 100 $USDC на новый кошелек. $SOL у него нет. В обычной схеме отправить эти 100 $USDC дальше не получится: сначала нужно где-то приобрести немного $SOL для комиссии.
Solana позволяет назначить плательщиком другой счет. Пользователь подтверждает перевод своих $USDC, а приложение отдельно оплачивает сетевую комиссию. Есть и готовый сервис Kora. Он может оплатить комиссию за клиента или принять от него другой токен, например $USDC, а с самой Solana рассчитаться в $SOL.
Для сети ничего не изменилось: необходимые $SOL она получила. Но человеку больше не нужно покупать вторую монету только ради одного перевода.
Как это выглядит в обычном кошельке
Блокчейн Celo позволяет сделать еще проще: комиссию можно платить непосредственно поддерживаемыми стейблкоинами, в том числе $USDC и $USDT, вместо основной монеты $CELO. То есть пользователь может получить $USDC и этими же $USDC оплатить отправку средств. Отдельно искать $CELO не требуется.
Эта схема работает в MiniPay — мобильном кошельке, который поддерживает USDm, $USDT и $USDC. MiniPay сам управляом стейблкоине, который есть у пользователя. Для человека это выглядит почти как обычное платежное приложение. На счете лежат цифровые доллары, и ими же можно пользоваться. Техническая экономика блокчейна никуда не исчезает. Она просто спрятана от пользователя.
Как понять, действительно ли сети нужен токен
Ethereum, биткоин, Base и Hyperledger показывают четыре разные модели.
Если убрать $ETH из Ethereum, исчезнет залог валидаторов и придется заново строить систему экономической безопасности. Если убрать $BTC из Bitcoin, нечем будет автоматически вознаграждать майнеров по нынешним правилам. Base уже работает без собственной монеты, используя $ETH. Hyperledger Fabric показывает, что в закрытой сети рыночный токен может вообще не понадобиться.
Поэтому при оценке новой криптовалюты стоит задать один вопрос: что именно перестанет работать, если убрать этот токен? Если без него исчезают комиссии, вознаграждения участников или защита сети, монета встроена в основную механику блокчейна.
Если сеть продолжит работать почти так же, а токен используется главным образом для голосований, скидок или других дополнительных функций, его связь с самой инфраструктурой намного слабее.
end-content
