Автор:Scott Kominers
Перевод: Jia Huan, ChainCatcher
Рынки предсказаний позволяют людям торговать на основе исходов событий. В прошлом году они в большом масштабе вошли в США и теперь используются для отслеживания всего: от геополитических событий до результатов развлекательных наград. Но что они собой представляют на самом деле?
Как экономист, долгое время изучающий рынки и механизмы стимулирования, мой ответ прост: по сути, рынки предсказаний — это рынки. Рынки — это фундаментальный инструмент распределения ресурсов, обеспечивающий, чтобы товары и услуги поступали к тем, кто ценит их больше всего.
В этом процессе рынки также агрегируют информацию: рыночное равновесие (достижение баланса спроса и предложения) по сути является механизмом суммирования знаний всех участников и превращения их в ценовой сигнал.
Платформы и продукты рынков предсказаний напрямую используют эту способность агрегирования информации для прогнозирования конкретных будущих событий: они создают актив, привязанный к событию, который приносит доход, если происходит определенный исход, и люди торгуют этим активом, основываясь на своей оценке вероятности этого исхода.
Такое использование уже давно существует.
Компании уже давно используют рынки предсказаний для получения скрытой информации от сотрудников, например, для прогнозирования, будет ли выпущен важный продукт вовремя; ученые используют их для оценки того, какие эксперименты могут быть успешно воспроизведены; сегодня несколько медиа-компаний сотрудничают с рынками предсказаний, используя «мудрость толпы» в дополнение к своим источникам информации и репортажам журналистов.
Рынки предсказаний напрямую собирают информацию от участников, то есть от каждого человека о его суждении о будущем, и сводят эту информацию на одном рынке, чтобы ответить на вопрос, насколько вероятно произойдет определенное событие.
Люди могут делать ставки на эти события так же, как они «ставят» на будущую стоимость компании на фондовом рынке или «ставят» на будущую цену товаров, таких как нефть. Разница в том, что спрос на такие активы, как нефть, зависит от многих факторов одновременно, в то время как активы, разработанные на рынках предсказаний, приносят доход только в случае наступления определенного события.
Если цена на нефть растет, мы знаем, что спрос увеличился относительно предложения, но не обязательно знаем причину этого: возможно, люди ожидают эскалации конфликта на Ближнем Востоке, или кто-то нашел новое применение нефти.
С помощью рынков предсказаний вы можете выделить и прогнозировать каждую из этих возможностей по отдельности.
Например, рынок предсказаний по вопросу «Будет ли Ормузский пролив открыт в определенный момент времени» может быть построен вокруг контракта, который выплачивает один доллар за каждую единицу контракта, если событие произойдет.
По мере того как люди многократно покупают и продают этот актив, рыночная цена становится «индикатором вероятности», отражающим общее суждение трейдеров о вероятности наступления этого события.
Как именно это работает? Предположим, рыночная цена единицы определенного исхода составляет 0,50 доллара, что соответствует вероятности 50%. Если вы считаете, что вероятность того, что пролив останется открытым, выше 50%, например 67%, вы купите актив; если ваше суждение окажется верным, вы получите общий доход в 0,67 доллара при затратах в 0,50 доллара.
Эта покупка, в свою очередь, подтолкнет рыночную цену и соответствующую оценку вероятности вверх, что будет означать «кто-то считает, что рынок недооценивает это». Верно и обратное: если кто-то считает цену завышенной, он продаст (или откроет короткую позицию) по более низкой цене, тем самым снижая общую оценку вероятности рынка.
Когда рынок предсказаний функционирует хорошо, у него есть несколько явных преимуществ по сравнению с другими методами прогнозирования.
Во-первых, он напрямую дает вероятностную оценку, и это само по себе является «сверхспособностью».
Опросы общественного мнения и анкеты дают лишь «долю мнений», и чтобы преобразовать это в вероятность, необходимо провести статистические рассуждения, чтобы определить, как эта измеренная доля связана с совокупностью. Более того, опросы часто являются лишь моментальным снимком на определенный момент времени, в то время как рынки предсказаний могут обновляться в реальном времени по мере добавления новых участников и новой информации.
Что еще более важно, рынки предсказаний имеют встроенные стимулы: покупатели и продавцы вкладывают реальные деньги, и они теряют, если ставка неверна. Это побуждает участников тщательно взвешивать имеющуюся у них информацию и вкладывать деньги в вопросы, в которых они наиболее уверены.
Наоборот, возможность получать прибыль на рынке предсказаний благодаря информации и профессиональным суждениям также стимулирует людей активно проводить исследования и разбираться в вопросах.
(Широко известный пример: перед выборами президента США 2024 года участник рынка предсказаний даже провел собственный опрос, используя нестандартные методы для получения информации, недоступной стандартным опросным агентствам.)
Наконец, рынки предсказаний также имеют огромное преимущество в охвате. Человек, знающий, какие события могут повлиять на спрос на нефть, в принципе может открыть длинную или короткую позицию по нефти; но для многих результатов, которые мы хотим предсказать, нет соответствующих товарных или фондовых рынков для ставок. В этом случае рынки предсказаний становятся идеальным выбором.
Например, недавно появилась группа рынков предсказаний, специально предназначенных для агрегирования суждений по таким вопросам, как «какая модель ИИ лучше всего справляется с различными задачами», — это слишком специфично, чтобы отражаться на традиционных товарных рынках. И любой может создать и финансировать рынок предсказаний для таких нишевых вопросов.
Эти идеи не новы. Еще в Европе XVI века существовали подобные практики, когда люди использовали их для прогнозирования следующего Папы Римского.
Современные рынки предсказаний коренятся в экономике, статистике, дизайне рынков и компьютерных науках. Чарльз Плотт (Charles Plott) и Шьям Сундер (Shyam Sunder) в 1980-х годах предложили первые формальные академические рамки, вскоре после чего появился первый современный рынок предсказаний «Iowa Electronic Markets».
С помощью интернета эта модель теперь может агрегировать информацию из разных уголков мира. И для того чтобы рынки предсказаний полностью реализовали свой потенциал, необходимо выполнить ряд предварительных условий.
Одни связаны с инфраструктурой: как проверить и достичь консенсуса относительно того, «произошло ли событие», как обеспечить прозрачность и возможность аудита рынка, а также как обрабатывать в больших масштабах расчеты по контрактам, которые могут быть спорными или даже манипулируемыми.
Другие связаны с проблемами дизайна рынка. Во-первых, люди, обладающие релевантной информацией, должны быть готовы участвовать. Если участники неинформированы, ценовой сигнал на самом деле ничего не показывает; наоборот, только привлекая людей с различной информацией, оценки рынка предсказаний не будут искажены.
Я уже указывал в 2016 году, что рынки предсказаний могли недооценить вероятность Брексита и первого избрания Трампа, потому что участники в то время были недостаточно осведомлены о подъеме популизма.
Другая проблема заключается в том, что если кто-то обладает «идеальной» информацией, например, заранее знает реальный результат, это также проблематично, особенно если он может повлиять на ход событий.
Представьте себе: что, если инсайдер из тайного собрания по выборам Папы пойдет делать ставки на рынке предсказаний «следующий Папа», торгуя до официального объявления об избрании Льва, или даже попытается повлиять на выборы, чтобы его ставка выиграла?
Именно поэтому, если потенциальные участники ожидают, что на рынке будут торговать инсайдеры, рациональным выбором будет просто держаться подальше, и рынок развалится.
Наконец, кто-то может преднамеренно искажать цены на рынках предсказаний, чтобы повлиять на общественное восприятие вероятности определенного исхода, превращая его из инструмента «агрегации убеждений» в инструмент «манипулирования убеждениями».
Например, пиар-команда определенного кандидата, желая создать впечатление, что он уверенно побеждает, может выделить часть средств избирательной кампании для влияния на соответствующий рынок.
Однако в этом отношении рынки предсказаний обладают определенной способностью к самоисправлению: как только вероятность по контракту поднимается до необоснованно высокой отметки, всегда найдутся люди, готовые занять противоположную сторону сделки.
Все это говорит о том, что рынки предсказаний требуют более высокого уровня прозрачности и ясности в управлении участием, дизайне контрактов и операциях. Но если разработчики смогут решить эти проблемы, рынки предсказаний имеют все шансы стать одним из ключевых инструментов прогнозирования нашего будущего.
