Автор: Prathik Desai, Token Dispatch
Перевод: Saoirse, Foresight News
«Когда развитие капитала страны становится побочным продуктом казино, это предприятие, скорее всего, потерпит неудачу». — Джон Мейнард Кейнс, 1936 г.
Криптоиндустрия часто подвергается критике, и широко распространено мнение, что она полностью движима спекуляциями; многие называют её казино без какой-либо фундаментальной основы. Но многие не осознают: спекуляция часто является предшественником рыночной эволюции. Группа спекулянтов, презираемых мейнстримом, собирается вместе, создавая ликвидность, на основе которой позже строятся зрелые, регулируемые предприятия.
В этой статье я на примерах недавних явлений на крипторынке исследую этот путь эволюции: блокчейн, изначально предназначенный для торговли акциями, запускает платформу для выпуска мем-токенов; платформа для торговли перпетуальными контрактами трансформируется в инфраструктуру для торговли сырьевыми товарами; и брокер, использующий капитал, привлеченный лягушачьим токеном, для поддержки создания своей системы торговли акциями на блокчейне.
История начинается...
В криптопространстве у спекуляции много названий: рыночный шум, пузырь, казино. Но редко признаётся, что спекуляция может стать основой, на которой растут будущие бизнес-модели по мере созревания отрасли.
Но важно уточнить: не каждый пузырь превращается в фундамент. Пузыри, которые остаются чисто спекулятивными, в конечном итоге лопаются. Но если пузырь может быть привязан к устойчивому сценарию торговли, который генерирует постоянную активность, он может стать основой для развития дополнительных услуг.
Это не новое явление; оно повторялось на протяжении всей длинной истории финансов.
Вспомните чикагский зерновой рынок 1840-х годов. Чикагская товарная биржа создала фьючерсный рынок, чтобы помочь фермерам с неопределенными урожаями фиксировать цены заранее и минимизировать убытки. Но каждому фермеру, желающему продать зерно в будущем, нужен был контрагент, готовый занять длинную позицию и взять на себя ценовой риск. Эту нишу заполнили спекулянты. Рынок передачи рисков функционировал, потому что спекулятивный капитал добровольно брал на себя ценовой риск, от которого хотели избавиться фермеры.
Ключом к созданию фьючерсного рынка было отделение «физического зерна» от «зерна как торгуемого товара». Американский историк Уильям Кронон назвал этот процесс абстрагированием зерна. После того как торговля зерном была упрощена до складских расписок, право собственности могло свободно передаваться, что позволило спекулянтам массово участвовать в торговле. Огромный объем спекулятивных сделок создал достаточную ликвидность, позволяя фермерам всегда находить контрагента. Обильная ликвидность в конечном итоге позволила Чикаго стать мировым центром ценообразования на пшеницу.
Интересно, что в то время многие люди сопротивлялись этой торговле и ненавидели её. Движение Грейнджеров публично осуждало биржевых спекулянтов, обвиняя их в получении прибыли от труда фермеров. Но этот механизм в конечном итоге превратился в важную инфраструктуру для ценообразования в глобальной аграрной экономике. Если бы в 1870-х годах не было спекулянтов, выступавших в роли контрагентов, сегодня на мировом рынке пшеницы не было бы развитой системы ценообразования.
Экономист Джон Мейнард Кейнс широко известен своими высказываниями о спекуляции, но его полный аргумент более четко раскрывает двойную роль спекуляции. Кейнс разделил рыночную деятельность на два вида: предпринимательство (инвестиции), то есть прогнозирование доходов от активов на протяжении всего их жизненного цикла, и спекуляцию, то есть прогнозирование будущего поведения рыночной толпы. Он опасался, что на рынках с высокой ликвидностью спекуляция может вытеснить предпринимательство.
Более глубокое прочтение его аргумента показывает, что спекуляция может иметь две стороны.
«Когда предприятие становится пузырем на водовороте спекуляции, положение становится серьезным. Когда развитие капитала страны становится побочным продуктом деятельности казино, работа, скорее всего, будет плохо выполнена».
Спекуляция, существующая независимо от базового актива, рискованна; но когда спекуляция привязана к ценному базовому активу, она может быть позитивной.
Еще в первой в истории книге о фондовом рынке «Confusión de Confusiones» (1688 г.) Джозеф де ла Вега отмечал, что Амстердамская фондовая биржа привлекала как инвесторов, так и игроков. Так начиналось большинство существующих бирж. Но со временем эта история была забыта, и возникло стереотипное представление о том, что биржи создавались исключительно для серьезных инвестиционных потребностей. На самом деле это не так.
Вернемся в настоящее
5 августа крупнейшая децентрализованная биржа криптоиндустрии Uniswap запустила платформу Pools, позволяющую пользователям выпускать и торговать мем-токенами в Robinhood Chain. Этот блокчейн был создан одноименной брокерской компанией с первоначальной целью обслуживания 30 миллионов ее пополненных счетов для торговли токенизированными акциями.
История на этом не заканчивается. Еще до официального запуска платформы Pools трейдеры обнаружили ещё не обнародованный смарт-контракт и провели через него сделок на сумму более 1,5 миллиарда долларов. Это вынудило Uniswap одновременно поддерживать как бета-версию, так и финальную версию контракта и отложить запуск. Ведущий токен платформы, FRONG, название которого происходит от имени файла с видео лягушки, использованного в промо-материалах Uniswap, был создан на том же контракте за шесть дней до запуска; в день открытия платформы количество его держателей достигло 12 141 человека.
Интерпретируйте это как хотите: капитал в размере около 1,5 миллиарда долларов торговал лягушачьим токеном на ещё не запущенной инфраструктуре, изначально построенной для торговли ценными бумагами. Теперь FRONG также стал неофициальным талисманом платформы Pools. Трудно не предположить, что это был запланированный ход для привлечения внимания к новейшей версии блокчейна Uniswap V4. Даже если это не было преднамеренным, ежедневный объем торгов на Uniswap V4 вырос с 86,2 миллиона до 228,3 миллиона долларов, увеличившись почти в три раза.
Но, как было сказано в начале статьи, не каждый пузырь или спекуляция приводят к устойчивому бизнесу. Устойчивость спекулятивного бизнеса в конечном итоге зависит от того, на что делается ставка. Мы можем обратиться к примеру shturl.c.
На протяжении многих лет shturl.c делал спекуляцию своим основным продуктом и теперь является одной из крупнейших платформ для выпуска мем-токенов. Семьдесят процентов мем-токенов на платформе живут менее суток, и лишь немногие существуют более месяца.
@Coingecko
С января по июль 2026 года доходы протокола от комиссий снизились почти вдвое по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и составили всего 420 миллионов долларов. Тем не менее, это один из самых прибыльных протоколов в криптоиндустрии, с выручкой в 6,2 миллиарда долларов и чистой прибылью в 5,84 миллиарда долларов за прошлый год.
Hyperliquid — ещё одна подобная платформа. Первоначально она была ориентирована на торговлю криптовалютами с высоким кредитным плечом, удовлетворяя потребности трейдеров в направленных ставках. Затем платформа расширила модель маржинальной торговли на различные активы, торгуемые круглосуточно и не связанные с криптовалютами. Благодаря управленческой структуре HIP-3 платформа теперь предлагает перпетуальные контракты на акции Nvidia, Tesla, индексы Nasdaq, золото, нефть, серебро и фондовые индексы. Когда в воскресенье выходят новости, связанные с нефтью, трейдеры могут немедленно открывать позиции, в то время как традиционные рынки откроются только в понедельник.
В начале июля объем торгов перпетуальными контрактами на реальные активы на платформе впервые в истории превысил объем торгов криптовалютами, составив 52% от общего объема.
Хотя общий объем торгов на Hyperliquid сократился почти вдвое с пика 2025 года, рост торговли реальными активами компенсировал спад в криптопарах. Вот какую ценность может создавать спекуляция: Hyperliquid перенесла модель маржинальной торговли, привлекающую нативных криптопользователей, на такие активы, как золото, доли в частных компаниях и фондовые индексы, создав круглосуточный слой ценообразования, которому теперь подражают многие традиционные торговые платформы.
Robinhood Chain в реальном времени повторяет этот путь развития.
Хотя команда позиционирует этот блокчейн как базовую инфраструктуру для торговли акциями на блокчейне, CEO Владислав Тенев рад трафику, который приносят трейдеры мем-токенов.
«Мы создали Robinhood Chain, чтобы стать лучшим блокчейном для торговли реальными активами... Но он также отлично подходит для торговли мем-токенами».
Благодаря ажиотажу вокруг торговли мем-токенами, дневная активная пользовательская база этого блокчейна превзошла Base всего через три недели после запуска. Трафик и капитал, привлеченные торговлей мем-токенами, являются посевным капиталом для будущего развития системы торговли акциями на блокчейне.
Конечно, это не означает, что спекуляция обязательно перерастет в зрелый бизнес. Преобразование зависит от выбора самой платформы.
Robinhood, обладая 30 миллионами пополненных счетов и несколькими направлениями бизнеса, имеет сильные возможности по дистрибуции, которые могут превратить трафик от торговли мем-токенами в пользовательскую базу для торговли ценными бумагами на блокчейне. Мы видим, что её доходы от рынков прогнозов во втором квартале выросли более чем в десять раз в годовом исчислении, достигнув 156 миллионов долларов и составив 20% от общего торгового дохода платформы.
Сущность спекуляции
Многие так и не понимают спекуляцию. Сама по себе она не является ни хорошей, ни плохой. Без всех навешенных ярлыков спекуляция — это просто один из самых древних человеческих инстинктов.
Когда люди превращают свои взгляды в финансовые ставки, спекуляция возникает естественным образом.
В своей самой примитивной форме спекуляция — это поиск ликвидности для оценки актива; куда течет ликвидность, там и устанавливается цена. Активом может быть мешок пшеницы, акция Nvidia, видео с лягушкой под названием frong.mp4, результат футбольного матча или вероятность победы кандидата в президенты.
Природа самого базового актива определяет направление и границы спекуляции. Без поддержки ценного базового актива ажиотаж, порожденный тем же капиталом, в конечном итоге не осядет в виде долгосрочных, ценных результатов. Эта закономерность прослеживается на протяжении всей финансовой истории, и криптоиндустрия идет по тому же пути.
Hyperliquid, связав маржинальную торговлю с такими активами, как золото, создала новую систему ценообразования всего за два года; Robinhood, используя неожиданный трафик от спекуляций с мем-токенами, параллельно строит базовую инфраструктуру для торговли ценными бумагами на блокчейне.
Какую систему в конечном итоге сможет построить спекуляция, зависит от того, какую ценность может нести базовый актив.
