Авторы колонки — основатель юридической компании GMT Legal Андрей Тугарин и руководитель практики «Цифровая экономика» компании GMT Legal Денис Поляков.
Вступая в 2026 год, Россия остается одной из немногих стран СНГ, в которых отсутствует комплексное регулирование оборота криптовалюты. С одной стороны, совершать операции с криптовалютой в стране не запрещено, с другой — не урегулирована деятельность криптообменников и бирж, отсутствует правовой статус у стейблкоинов и ряда других криптовалютных активов, а также не до конца проработано налогообложение.
2025 год, в свою очередь, обнажил ряд причин, по которым дальнейшая отсрочка регулирования оборота криптовалюты стала невозможной.
Первая причина — существенный рост серого рынка обмена. Большинство сделок купли-продажи совершается через p2p-обмен без надзора, с использованием счетов подставных лиц — дропперов. Это привело к всплеску мошеннических схем и притоку грязных денег в p2p-сегмент, что, в свою очередь, вызвало массовые блокировки банковских счетов по требованиям законодательства о противодействии отмыванию средств (115-ФЗ и 161-ФЗ).
Вторая причина — отсутствие легальной возможности продавать свою добытую криптовалюту внутри страны майнерам, которые являются единственными полностью законными участниками оборота криптовалюты в стране. Отсутствие официальных бирж и обменников вынуждает российских майнеров реализовывать намайненное за рубежом — например, через инфраструктуру в Белоруссии и других юрисдикциях — или прибегать к серому рынку обмена.
Третья причина — отсутствие правового статуса стейблкоинов. Эта правовая неопределенность лишает держателей стейблкоинов гарантий судебной защиты и четких налоговых правил. Также из-за отсутствия статуса у стейблкоинов возникают и налоговые вопросы: например, нужно облагать сделки с ними НДС или нет.
Четвертой причиной является оценка ФАТФ (Международной группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег) на предмет соответствия регулирования высоким стандартам противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма (ПОД/ФТ). Напомним, отсутствие регулирования криптообменников, бирж и кастодианов противоречит рекомендациям ФАТФ.
Очевидно, что регулятору необходимо осуществить все возможные меры для создания комплексного и прозрачного регулирования оборота криптовалюты, в ином случае последствием будет попадание в серый список.
Почему эти причины настолько важны и каковы реальные последствия отсутствия регулирования оборота криптовалюты в России.
Серый криптообмен: риски, массовые блокировки и борьба с дропами
Криптобиржи и обменники на территории России не имеют правового статуса. Поэтому спрос населения на сделки с криптовалютой удовлетворяется через неформальные каналы: сайты-обменники без юридического лица, чаты и боты для p2p-торговли.
Основной способ сделок — p2p с расчетами через банки. Для этого широко используются счета третьих лиц — дропов, которые за комиссию предоставляют свои банковские карты. В результате банки фиксируют подозрительные операции и применяют блокирующие меры по 115-ФЗ. Блокируются как счета дропов, так и обычных граждан, случайно вовлеченных в схемы «треугольников» (когда платеж проходит через третье лицо).
Более того, для лиц, случайно вовлеченных в треугольник, появляется второе основание блокировки — в связи с наличием признаков мошеннических операций по 161-ФЗ. Далее реквизиты продавца криптовалюты попадают в базу данных ЦБ о случаях и попытках совершения операций без добровольного согласия клиента.
Массовые банковские блокировки стали неизбежным процессом при сделках с криптовалютой вследствие тотальной бесконтрольности «p2p-рынка».
Кроме блокировок, 2025-й отмечен усилением уголовного преследования. Ранее дропы нередко отделывались административными мерами, но с лета этого года введено и уголовное наказание по ст. 187 УК РФ «Неправомерный оборот средств платежей». Например, в Сургуте мошенническая группа через сеть дропов конвертировала преступные доходы в криптовалюту и выводила их за рубеж, как итог — трое обвиняемых арестованы, возбуждено дело по ч. 5 ст. 187 УК.
Банк России в Стратегии развития финрынка на 2026–2028 годы обозначил создание к 2027 году информационной системы «Антидроп». Система позволит банкам обмениваться сведениями о физических лицах, замеченных в теневых операциях, и оперативно блокировать их доступ к финансовым услугам.
Проще говоря, появится единая база дропов, куда Центробанк обяжет банки заносить данные (для этого, как стало известно, планируется привязать все банковские счета граждан к ИНН, чтобы точнее идентифицировать клиентов).
Легализация майнинга: первые итоги и нерешенные вопросы
1 ноября 2024 года в силу вступил закон, легализующий майнинг криптовалют. 2025 год стал тестовым в работе реестров майнеров и операторов майнинговой инфраструктуры (ОМИ). Результаты оказались обнадеживающими — уже к октябрю 2025 года в реестре значились 1364 майнера и около сотни операторов инфраструктуры.
Также через функционал реестра можно сдавать ежемесячную отчетность о количестве намайненной криптовалюты. Точные суммы налогов, поступивших от майнеров, пока не раскрываются, но стоимость добытой за три квартала 2025 года криптовалюты составила около 32 млрд руб.
При этом ряд вопросов остался нерешенным в 2025 году.
Возможность иностранных лиц майнить на оборудовании, размещенном в России: закон прямо не определяет, могут ли иностранные компании майнить в России или получить статус резидента-майнера, например создав постоянное налоговое представительство.
Не урегулирован облачный майнинг — когда российские граждане арендуют мощности за рубежом или, наоборот, иностранцы пользуются российскими фермами удаленно. Такие сервисы выпадают из правового поля: непонятно, как учитывать доходы от облачного майнинга и кто обязан отчитываться в ФНС.
«Серое» оборудование. Значительная часть ASIC-устройств была ввезена в страну по серым схемам без полной уплаты таможенных сборов во времена, когда майнинг не регулировался. В результате устройства работают, но формально находятся вне закона, а их владельцы опасаются декларировать их, чтобы не навлечь штрафы за нарушение таможенных правил. По оценкам участников рынка, в тени остаются тысячи майнеров. Государство в 2025 году признало эту проблему: Минфин заявил о готовности разовой амнистии для ранее ввезенного майнинг-оборудования.
Проблемы с реализацией намайненного: юридическое право майнеру дали, а вот механизма сбыта намайненного внутри страны не дали. Майнеры вынуждены использовать иностранные биржи и обменники. Более того, ФНС в методиках по определению курсовой стоимости криптовалют отсылает только к иностранным площадкам, поскольку отечественного рынка нет.
На практике многие майнеры открывают компании или счета в дружественных юрисдикциях (Белоруссия, Казахстан и др.), где продажа криптовалют разрешена. Получается странный парадокс: добывать крипту можно, а продать внутри страны — практически нет.
Правовой вакуум вокруг стейблкоинов
Отдельного внимания заслуживает ситуация со стейблкоинами. 2025 год показал, насколько неоднозначен их статус в российском праве, а до 2024 года у стейблкоинов вообще не было никакого статуса в законодательстве.
В 2024-м законодатели ввели понятие «иностранные цифровые права» (ИЦП), под которое косвенно подпадают стейблкоины, обеспеченные иностранной валютой или другим имуществом. Внутри страны такие ИЦП могут обращаться, только будучи квалифицированными в качестве ЦФА. Что согласно природе стейблкоинов сделать вполне возможно.
Однако согласно указанию ЦБ РФ 7036-У, у ИЦП, допущенных в российский оборот, должен быть эмитент только из «дружественного» государства, что фактически делает невозможным попадание в оборот внутри страны 99% самых востребованных стейблкоинов.
Последствие правового вакуума проявилось в судебной практике. Из-за отсутствия правового статуса у стейблкоина простое дело о взыскании долга в размере 1000 USDT дошло до уровня Конституционного суда. Суть проблемы в том, что кредитору отказывали в удовлетворении его требований к должнику из-за некорректной классификации нижестоящими инстанциями правового статуса USDT, приравнивая его к цифровой валюте. На слушаниях Конституционного суда в ноябре прямо заявили: USDT не является цифровой валютой. Однако финального решения суда с указанием, чем именно является USDT, все еще не принято.
Отсутствие признания стейблкоинов также осложняет налоговый учет. Из-под НДС выведена только цифровая валюта, специальных правил для ИЦП нет. Соответственно, операции с USDT, если они совершены между двумя налоговыми резидентами России, теоретически могут облагаться налогом как с обычным товаром, что создает риск доначисления налогов для участников рынка.
Прогнозы на 2026 год: что изменится в регулировании
Все признаки указывают, что 2026 год станет переломным для российского крипторынка с точки зрения его регулирования. Впервые все государственные органы достигли компромисса — регулировать нужно.
Лицензирование криптобирж и обменников
Уже в первой половине 2026 года, вероятно, на обсуждение будет вынесен законопроект, устанавливающий порядок лицензирования организаций, оказывающих услуги по обмену и торговле криптовалютой. Предполагается, что лицензии для криптоплатформ будет выдавать Банк России.
При этом требования к кандидатам на лицензирование спрогнозировать можно уже сейчас:
- обязательное наличие российского юрлица, с требуемым уставным капиталом;
- назначение комплаенс-офицера;
- внедрение мер ПОД/ФТ, включая обязательную идентификацию и верификацию пользователей с обязательным хранением их данных внутри Российской Федерации;
- внедрение мер цифрового комплаенса, включая обязательную проверку уровня рисков криптовалютных транзакций и их пресечение;
- прохождение технических требований к платформам для сделок с криптовалютой на предмет устойчивости к взломам и информационной безопасности.
Можно также спрогнозировать, что на первом этапе действия нового закона полноценная самостоятельная лицензия криптообменника не будет активирована и возможность вести деятельность с криптовалютой дадут участникам с действующей лицензией, таким как банки или профессиональные участники рынка ценных бумаг. Это как минимум не противоречит концепции ЦБ по регулированию криптовалют на российском рынке от 23 декабря 2025 года.
«Переходный период»
Законодатель по аналогии с тем, как процесс введения лицензирования проходил в соседних странах, предоставит время для действующих участников серого рынка обмена криптовалюты — они будут должны либо получить лицензию, либо прекратить свою деятельность без санкций.
При этом уже в 2027 году логично ожидать полный запрет любой деятельности с криптовалютой вне лицензированного контура и введение ответственности (административной и уголовной) за работу без лицензии.
Ограничения для розничных инвесторов
Отдельно ЦБ намерен ограничить размеры инвестиции в криптовалюту. Регулятор предлагает допустить к инвестированию как квалифицированных инвесторов, так и неквалифицированных, но с обязательным прохождением всех тестов на понимание риска. Важно отметить, что с 1 января 2026 года минимальный размер активов, которыми должен владеть квалифицированный инвестор, увеличится с 12 млн до 24 млн руб.
При этом по предложению регулятора неквалифицированные инвесторы смогут покупать только наиболее ликвидную криптовалюту в пределах лимита — не более 300 тыс. руб. в год через одного посредника.
Окончательное решение по этому вопросу будет принято при разработке законопроекта.
Регулирование стейблкоинов
В 2026 году новое законодательство должно закрыть пробел и признать стейблкоины как отдельный актив с отдельным правовым статусом и установить правила обращения.
Для бизнеса появление статуса стейблкоина — это возможность запуска собственных проектов (например, выпуск рублевых или товарных стейблкоинов российскими компаниями, что возможно и сейчас, но с большими ограничениями).
При этом вариантов регулирования в данном случае не так много и можно прогнозировать следующее:
- «исправление» определения цифровой валюты посредством исключения из него части, связанной с «отсутствием обязанного лица»;
- установление специального регулирования для ИЦП-стейблкоинов и наделение лицензированных криптообменников правом допускать их к торговле наравне с цифровой валютой.
Подводя итог, можно отметить, что 2025 год окончательно закрепил предпосылки для регулирования — оттягивать процесс дальше уже невозможно ни с юридической, ни с экономической точек зрения. 2026 год, в свою очередь, позволит на основе этих предпосылок выработать первую версию полноценного регулирования рынка.
Если озвученные планы реализуются, к концу 2026 года в России появится легальный сегмент оборота криптовалюты с лицензированными участниками, отчетностью и надзором.
Таким образом, рынок криптовалют в России ожидает переход от многолетней серой зоны к эпохе строгого, но справедливого регулирования. Насколько эффективной окажется эта модель — покажет время, но одно ясно уже сейчас: законодательство больше не будет стоять на месте и 2026 год войдет в историю как поворотный для российской криптоиндустрии.
