Автор: Raoul Pal, основатель Real Vision
Перевод: Luffy, Foresight News
Сначала интересная математическая задача: один цент удваивается каждый день в течение 30 дней. Сколько денег вы получите в итоге? Большинство людей назовут лишь несколько сотен долларов. Но правильный ответ — более 5 миллионов долларов.
Почти никто не может ответить правильно с первого раза, потому что человеческий мозг не приспособлен к подобным вычислениям. Наше мышление по своей природе склонно к линейной логике. Переходя улицу, одним взглядом на приближающийся транспорт мы интуитивно оцениваем, безопасно ли это; но когда мы пытаемся представить себе, как что-то удваивается каждый год, мы всегда сильно недооцениваем конечный масштаб, и расхождения могут достигать тысяч или миллионов раз.
В долгой истории человечества такая ограниченность мышления была практически несущественной. Каждый инструмент, который мы создавали, и каждая система, которую мы строили, развивались со скоростью, соответствующей нашей линейной интуиции.
Но теперь впервые в истории у человечества появилась интеллектуальная система, работающая нелинейно: она способна к самореинвестированию, самообратной связи и постоянному ускорению. Одновременно с этим пять или шесть кривых экспоненциального роста одновременно достигли крутого участка S-образной кривой, и наступает наложение множественных преобразований.
В апреле 2021 года я впервые изложил эту концепцию в своей колонке GMI "Эпоха экспоненциального роста". Оглядываясь назад, я понимаю, что тогда не полностью осознавал, что наблюдаемые мной тренды по масштабу оказались гораздо грандиознее, чем я предполагал.
В чем я был прав и в чем ошибся?
В 2021 году моя ключевая идея была совершенно ясна: обесценивание фиатных валют происходит быстрее, чем это оценивает рынок, и лишь немногие активы могут обеспечить скорость роста, превышающую инфляцию, примером чего являются биткойн и акции технологических компаний. Этот вывод остается верным и сегодня. Но тогда я серьезно недооценил масштаб последующих преобразований.
В то время я в основном фокусировался на балансах центральных банков, особенно ФРС. Это направление анализа было верным, но угол зрения был неполным. Истинным драйвером является не один центральный банк, а общая глобальная ликвидность: все основные мировые центробанки, казначейства с их пролонгируемыми долгами, коммерческие банки, расширяющие кредитование, — все действуют синхронно, как эстафетная палочка. Когда ФРС ужесточает политику, Китай или Европа подхватывают эстафету смягчения.
Если смотреть только на один центральный банк, можно ошибиться в определении всего рыночного цикла. Ярким примером стал 2017 год: ФРС сокращала баланс, но глобальные рынки продолжали расти в одном направлении, потому что Китай и Европа одновременно проводили мягкую политику, и общая глобальная ликвидность продолжала расширяться. Те, кто следил только за ФРС, полностью пропустили этот бычий рынок.
Сейчас глобальная ликвидность расширяется примерно на 8% в год, и, с учетом обычной инфляции, чтобы активы сохранили свою покупательную способность, ваша фактическая минимальная доходность должна приближаться к 11%.
Действительно новая трансформирующая сила
Логика обесценивания денег может объяснить, почему деньги становятся все менее ценными, но она не может полностью объяснить ощущение того, что сейчас все ускоряется. Ускоряется не только динамика рынков, но и темпы социальных изменений.
Это отдельная, накладывающаяся на ликвидность сила, и именно поэтому концепция "Эпохи экспоненциального роста" становится все более ключевой сегодня, пять лет спустя.
В 2021 году я выделил пять кривых роста: искусственный интеллект, робототехника, солнечная энергетика и накопление энергии, биотехнологии, блокчейн-сети. Список направлений не изменился, изменилась стадия роста, на которой они находятся.
В 2021 году большинство этих технологий все еще находились накануне практического внедрения. Внимательный наблюдатель мог предвидеть тренд, но масштабная коммерциализация еще не наступила. Спустя пять лет все пять технологий одновременно ускорились, взаимно усиливая и синергически развивая друг друга. Это слияние технологий полностью изменило логику развития.
Искусственный интеллект
Большинство людей упускает из виду базовую логику, стоящую за расширением долга. Страны продолжают наращивать долг не из-за упрямства или некомпетентности правителей, а из-за демографической структуры. Стареющее население, сокращение рабочей силы, меньше производителей и больше получателей социальных пособий. Только за счет человеческого труда невозможно обеспечить естественный экономический рост, поэтому страны вынуждены брать взаймы и расширять свой баланс, чтобы заполнить пробел.
Искусственный интеллект ломает этот цикл. AI-агенты могут выполнять интеллектуальную работу белых воротничков, человекоподобные роботы могут брать на себя физический труд, экономический рост больше не ограничен количеством трудоспособного населения. Мы создали "искусственное предложение рабочей силы". Кривая производительности, сдерживаемая демографией, снова идет вверх, и без постоянного расширения долга, от которого мы зависели последние пятьдесят лет.
В то же время действует и дефляционная сила. Предельные затраты на интеллектуальные услуги приближаются к нулю, цены на многие товары и услуги быстро снижаются. Это не может мгновенно решить проблему обесценивания денег, но изменит логику расчета доходности. Когда ИИ сокращает издержки по всей цепочке создания стоимости, смысл упомянутого выше порога доходности в 11% также кардинально изменится.
Скорость, с которой все это развивается, ошеломляет и заслуживает того, чтобы остановиться и внимательно рассмотреть. За последние шесть лет время, необходимое ИИ для самостоятельного выполнения сложных задач, сокращалось примерно вдвое каждые семь месяцев. Модель o3 от OpenAI в соответствующих областях науки уже превосходит докторов наук-людей, и скорость развития нисколько не замедляется.
Энергетика
Все технологические преобразования имеют одно ключевое узкое место: энергию. ИИ и роботы работают на вычислительных мощностях, а вычислительные мощности потребляют электроэнергию. Масштабы вычислительных мощностей, строящихся в мире сегодня, беспрецедентны, и энергия стала жестким ограничением для всей технологической трансформации. Развитие Microsoft ядерной энергетики и контракты Google на геотермальные проекты — это не просто стремление достичь углеродной нейтральности, а то, что локальные энергосети уже не могут обеспечить достаточное количество электроэнергии для работы кластеров вычислительных мощностей.
Китай первым это понял и действует наиболее решительно. Только в 2024 году общая мощность новых солнечных электростанций, введенных в Китае, превысила сумму новых мощностей всех остальных стран мира.
В основе лежит малоизвестный экономический закон — закон Райта. Он был выведен в 1936 году из данных авиазавода: каждый раз, когда совокупный объем производства определенного продукта удваивается, себестоимость единицы продукции снижается на фиксированный процент. Повышение квалификации рабочих, снижение брака, оптимизация материалов инженерами (меньше серебра, тоньше кремниевые пластины и т.д.) постоянно снижают затраты.
Солнечная энергетика — это отрасль, наиболее соответствующая закону Райта среди известных человечеству технологий. Каждое удвоение мировых совокупных солнечных мощностей снижает производственные затраты более чем на 20%. А Китай, благодаря сверхкрупным производственным мощностям, резко увеличивает совокупный мировой объем производства солнечной энергии, заставляя всю отрасль быстрее проходить кривую снижения затрат.
Сегодня цены на солнечную энергию упали на 90% по сравнению с десятилетней давностью, и потенциал для снижения затрат по-прежнему велик. Солнечная энергия обладает четырьмя уникальными преимуществами: низкая стоимость, короткие сроки строительства, распределенное размещение и неограниченная масштабируемость, с которыми ископаемое топливо не может сравниться. Другие виды энергии всегда сталкиваются с потолком производственных мощностей на каком-то этапе цепочки поставок, а единственным ограничением для солнечной энергии является площадь доступной для использования поверхности, освещаемой солнцем.
Накопление энергии когда-то было самым большим слабым местом солнечной энергетики, но сейчас этот недостаток быстро устраняется. Бизнес Tesla по накопителям энергии Megapack растет на 50–70% в год, новые заводы постоянно запускаются, чтобы удовлетворить спрос. Стоимость аккумуляторов для накопления энергии в масштабах энергосистемы быстро снижается, и большинство людей еще не осознают, насколько большие изменения это принесет.
Что еще важнее, это замкнутый положительный цикл: ИИ оптимизирует распределение энергии в сетях, затраты на электроэнергию снижаются; снижение цен на электроэнергию еще больше удешевляет вычислительные мощности; дешевые вычислительные мощности, в свою очередь, создают более мощный ИИ; ИИ снова оптимизирует энергосистему. Кривые роста больше не развиваются параллельно, а взаимно накладываются и усиливают скорость роста.
Криптовалюты
Логика связи биткойна с глобальной ликвидностью уже хорошо обоснована. С 2012 года около 90% колебаний цены биткойна соответствовали циклам ликвидности, и эта ключевая логика остается верной и сегодня, возможно, даже в большей степени, чем я предполагал тогда.
Но в криптоиндустрии есть еще одна ключевая логика, которой почти не существовало в 2021 году и которую теперь нельзя игнорировать. AI-агентам нужны транзакции. В будущем появятся миллионы или даже миллиарды интеллектуальных агентов, которые будут автономно закупать услуги, распределять ресурсы и автоматически проводить расчеты между машинами. Существующая финансовая система для людей, включающая клиринговые палаты, банки-корреспонденты и трехдневный расчетный период, совершенно неспособна удовлетворить такой спрос. Интеллектуальная экономика не может быть построена на основе традиционной финансовой инфраструктуры.
Криптографические технологии как раз соответствуют потребностям: программируемость, отсутствие необходимости доверять третьей стороне, мгновенные расчеты, отсутствие риска контрагента. Блокчейн — это единственная финансовая инфраструктура, которая может соответствовать суперинтеллектуальной экономике и масштабироваться синхронно с ней. Логика внедрения криптовалют в прошлом уже была убедительной, а теперь появилась острая потребность в поддержке автономных транзакций ИИ, что делает криптовалюты неизбежным трендом.
Слияние
Именно в этом заключается уникальность текущей трансформации. Каждая предыдущая технологическая волна появлялась отдельно и требовала десятилетий для распространения: Интернет был одной отдельной кривой роста, мобильный Интернет — другой. Они последовательно преобразовывали экономику, между ними было достаточно времени для адаптации, и различные институты могли постепенно приспосабливаться.
Но сейчас несколько экспоненциальных кривых одновременно достигают крутого восходящего участка S-образной кривой и взаимно подталкивают друг друга. ИИ разрабатывает более совершенные чипы, которые обучают более мощный ИИ; дешевая энергия поддерживает огромные вычислительные мощности, которые оптимизируют распределение энергии; криптосети осуществляют расчеты для транзакций между автономными агентами без участия людей и банков.
Каждая технологическая кривая сама по себе может расти постоянно, а при наложении и слиянии совокупная скорость роста намного превышает уровень, достижимый при независимом развитии отдельной технологии.
Годовые капитальные затраты глобальных облачных провайдеров превышают 600 миллиардов долларов, увеличиваясь на 36% в год, и эта цифра еще не включает Tesla, xAI, передовые лаборатории ИИ, а также национальные инвестиции стран Ближнего Востока в инфраструктуру для вычислений. Доля капитальных затрат предприятий в ВВП уже превышает уровень государственных расходов на разработку атомной бомбы в прошлом.
Двойной экспоненциальный рост
У этого композитного эффекта есть специальное название, и он является настоящей причиной того, что человеческая интуиция не поспевает за развитием. Простой экспоненциальный рост уже выходит за рамки человеческого понимания. А когда несколько кривых взаимно усиливают друг друга, это не создает просто более крутую обычную экспоненциальную кривую, а рождает двойной экспоненциальный рост — скорость роста сама по себе ускоряется, и за этим стоит четкий механизм.
Мы можем понять это на трех уровнях, используя законы сетей:
- Закон Сарноффа: стоимость вещательной сети растет линейно с количеством пользователей;
- Закон Меткалфа: стоимость сети, где любые две точки могут взаимодействовать, пропорциональна квадрату количества пользователей (n²);
- Закон Рида: в сети, поддерживающей свободное формирование групп, стоимость растет как 2^n, количество возможных сообществ для сотрудничества растет гораздо быстрее, чем просто парных соединений.
На протяжении большей части истории человечества закон Рида оставался лишь теоретической концепцией, потому что узлами сети были люди: люди действуют медленно, их предложение ограничено, и они могут участвовать лишь в небольшом количестве сообществ одновременно.
Сейчас узлами сети становятся интеллектуальные AI-агенты, которые никогда не устают, могут бесконечно копировать себя и могут быстро создавать, распускать и реорганизовывать сообщества для сотрудничества со скоростью машин, достигая масштабов, недоступных для человеческих сетей. Это первый раз в истории, когда сами узлы сети обладают интеллектом, и закон Рида впервые полностью реализуется на уровне макроэкономики. 2 в степени n — это не просто крутая прямая линия; даже если нанести данные на график в логарифмическом масштабе, кривая продолжает изгибаться вверх.
Это и есть реальная форма текущей кривой роста.
Вернемся к примеру с монетой: простой экспоненциальный рост уже выходит за рамки человеческой интуиции, а двойной экспоненциальный рост относится к совершенно другому порядку величин. Никакой жизненный опыт, модели мышления или эволюционные инстинкты не могут предсказать его масштаб; ни вы, ни я не можем мысленно представить эту кривую.
Это и есть то, что действительно изменилось с 2021 года по настоящее время. Сами технологические направления не добавились, я уже тогда полностью перечислил пять основных направлений. Но я недооценил одну ключевую вещь — они больше не растут независимо, а сливаются в одну суперкривую, уходящую за пределы графика. Сейчас мы даже находимся на начальном пологом участке этой кривой, и будущий потенциал трудно представить.
Как простым людям реагировать на это?
Итак, как же на это реагировать?
Если вы признаете, что искусственная рабочая сила заменит человеческий труд, а AI-агенты и роботы станут основной производительной силой экономики, вы должны понимать, что доходы в конечном итоге будут направляться тем, кто владеет машинами и базовой инфраструктурой.
Ключевой вопрос больше не в том, "как сохранить работу, чтобы ее не заменили машины", а в том, "как владеть долей активов, связанных с машинами". Базовая логика замены ИИ человеческого труда одновременно указывает на секторы, в которых будет накапливаться стоимость, и в которые могут войти и обычные люди.
В масштабах всего общества эта логика называется "базовый универсальный доход". Население напрямую владеет активами производственных машин, а доход от роста производительности возвращается владельцам в виде прироста стоимости активов, а не фиксированной зарплаты. Это также одно из основных предлагаемых решений проблемы неэффективности системы заработной платы.
Я определяю период с 2030 по 2032 год как окно "экономической сингулярности", когда все технологические тренды полностью сольются, произойдет фундаментальное изменение экономической системы, и традиционные экономические модели окончательно перестанут работать. Насколько гладко пройдет эта трансформация, зависит от выбора, который мы все делаем сейчас.
Я не просто предсказываю будущее, а показываю факты, которые уже происходят: количественно измеримое расширение глобальной ликвидности, изображаемые кривые распространения технологий, двойной экспоненциальный рост, выходящий за пределы графиков, и несколько ключевых активов, напрямую привязанных ко всем этим трендам. Даже если вы назовете текущую рыночную ситуацию пузырем, объективные данные это не подтверждают.
Это и есть эпоха экспоненциального роста.
