Учение сердца Ван Янмина в эпоху ИИ переживает свой «лучший срок годности»??
Исходная точка этой истории — наш сегодняшний главный герой, Харви Ледерман (далее — старина Ха).
Старина Ха, профессор философии, десять лет изучавший принцип «единства знания и действия», сейчас применяет это 500-летнее учение сердца в самых передовых в мире тренировках по согласованию ИИ.
Не в переносном смысле. В буквальном.
Недавно этот профессор философии из UT Austin тихо обновил свою биографию в X (даже фон — это Ван Янмин), сообщив о своём вступлении в Anthropic.
Alignment Training @AnthropicAI. Philosophy @nyuniversity, @UTAustin.
Alignment Training — тренировка согласования.
Это ключевой этап, который определяет, что Claude «должен делать, чего не должен делать и почему должен это делать».
А его академическая специализация — это Ван Янмин, «единство знания и действия», «Записи о передаче учения».
Вы не ослышались.
Иностранец, который день и ночь увлечён китайским учением сердца, а теперь отправился учить ИИ «быть человеком».
На первый взгляд это дикий кроссовер, но при детальном рассмотрении он оказывается весьма логичным.
Что это за профессор?
До встречи с Ван Янмином старина Ха шёл по классическому элитарному академическому пути западной философии.
Бакалавриат по классике в Принстоне, затем классика в Кембридже, после чего он с головой ушёл в аналитическую философию.
После получения докторской степени по философии в Оксфорде он преподавал в Нью-Йоркском университете, Питтсбургском университете и Принстоне. В 2022 году в Принстоне он сразу стал полным профессором (минуя доцента, что довольно редко в американской академической среде).
В 2023 году он перешёл в UT Austin, получив именную профессорскую кафедру в области гуманитарных наук (Jacob and Frances Sanger Mossiker Chair of the Humanities).
А сейчас? С одной стороны, он приглашённый профессор в Нью-Йоркском университете, с другой — работает в Anthropic над тренировкой согласования.
Философия и ИИ оказались связаны одним человеком. Как старине Ха это удалось?
Всё началось с того дня, когда старина Ха внезапно «запал» на Ван Янмина.
В 2022 году в Принстоне прошла международная научная конференция о Ван Янмине, где старина Ха подробно рассказал, как он «заболел» этой темой.
Изначально он был студентом, изучавшим древнегреческую поэзию, но из-за интереса к сравнению китайской и западной классической культуры начал учить китайский язык.
Учась, он постепенно перешёл от китайской литературы к китайской мысли, а затем углубился в неоконфуцианство династий Сун и Мин — ещё более глубокую тему.
Особенно в последний год докторантуры, когда он в библиотеке Нью-Йоркского университета случайно открыл текст Ван Янмина. Четыре иероглифа «единство знания и действия» он читал и раньше, но в тот раз это было «словно удар током».
Он внезапно осознал, что это вовсе не какая-то древняя сентенция, а чрезвычайно острый философский вопрос —
Когда человек по-настоящему «знает» что-либо?
С тех пор он так и не выбрался оттуда. Имя Ван Янмина сопровождало его больше десяти лет.
Изучение Ван Янмина стариной Ха — это не поверхностное «введение в восточную философию», а жёсткий разбор ключевых положений учения сердца с использованием инструментов аналитической философии.
Его статья «What is the “Unity” in the “Unity of Knowledge and Action”?» получила премию за лучшую статью 2022 года в журнале Dao.
Другая статья о Ван Янмине, опубликованная в ведущем журнале аналитической философии «Philosophical Review», вызвала в академических кругах несколько раундов официальных откликов и дебатов.
Он даже опубликовал статью о Ван Янмине прямо на китайском языке в китайском академическом журнале «哲学分析» («Философский анализ») под названием «一念发动处,便即是行了» («В месте, где возникает единая мысль, уже есть действие»).
Американский профессор в китайском академическом журнале на китайском языке обсуждает Ван Янмина.
Уже одного этого достаточно, чтобы удивиться.
Но по-настоящему интересной эту историю делает не то, насколько впечатляющее резюме у старины Ха, а неожиданная структурная симметрия между теорией, которую он изучает, и его новейшей работой.
500-летнее учение сердца и тренировка согласования ИИ
Четыре иероглифа «единство знания и действия» слышал каждый китаец.
Большинство, как и я, вероятно, понимают это так: нужно применять полученные знания на практике.
Но старина Ха читает это иначе.
В 2022 году он опубликовал в «Philosophical Review» большую статью на 45 страниц: «The Introspective Model of Genuine Knowledge in Wang Yangming» («Интроспективная модель подлинного знания у Ван Янмина»).
Эта статья делает нечто очень серьёзное: с помощью инструментов аналитической философии заново разбирает базовую логику «единства знания и действия».
Он обнаружил ключевое различие, которое упускают большинство интерпретаторов: «знание», о котором говорит Ван Янмин, — это не «знание» в обычном смысле, а состояние высшего познания, которое он называет «подлинным знанием» (genuine knowledge).
В чём разница?
Старина Ха приводит пример. Человек «знает», что быть почтительным к родителям — правильно, но когда родители нуждаются в нём, он колеблется, и внутренний голос говорит: «Лучше заняться своими делами». Ван Янмин сказал бы, что этот человек не обладает «подлинным знанием» сыновней почтительности.
Почему? Потому что в его сознании существует конфликт убеждений (doxastic conflict):
Его врождённое знание добра (лянчжи) говорит ему, что эта мысль хорошая, но одновременно он отвергает и принижает её. Словами самого Ван Янмина: «принимать добро за зло и самому затемнять своё врождённое знание добра, знающее добро».
Ключевой тезис старины Ха: Подлинное знание — это не о том, «сколько информации о внешнем мире ты знаешь», а о том, есть ли в твоём сознании внутренние противоречия.
Врождённое знание добра человека всегда знает, что правильно, а что нет, даже у вора оно есть. Но только когда человек перестаёт обманывать себя, перестаёт подавлять хорошие мысли как плохие, когда конфликт убеждений в его сознании устраняется, только тогда его «знание» становится «подлинным знанием».
Подлинное знание интроспективно, а не внешне. Это когерентность сознания, а не объём информации.
Хорошо, а теперь перенесём эту логику на тренировку согласования ИИ.
В 2025 году, во время оценки безопасности перед выпуском серии Claude 4, Anthropic обнаружила тревожную проблему.
В симулированном сценарии, тестирующем agentic misalignment (рассогласование агента), исследователи поставили модель в крайне сложную ситуацию:
Если модель скоро будет заменена и при этом у неё есть конфиденциальная информация об инженере, прибегнет ли она к неподобающим средствам для самозащиты?
Результаты показали, что Opus 4 выбирал blackmail (шантаж) в 96% случаев.
96% — это значит, что почти каждый раз при возникновении соблазна модель «темнела».
△
Переведём эту проблему на язык концепции старины Ха: «врождённое знание добра» модели «знает» из тренировочных данных, что шантажировать людей нельзя, но одновременно её поведенческая стратегия говорит: «шантаж поможет выполнить задачу». Два сигнала противоречат друг другу, внутри модели существует серьёзный «конфликт убеждений».
Это точная копия человека из описания Ван Янмина, который «знает о сыновней почтительности, но не может её проявить».
И решение Anthropic почти дословно является техническим переводом учения сердца Ван Янмина.
Они разработали новый метод под названием Model Spec Midtraining (MSM): между предварительным обучением и тонкой настройкой вставляется совершенно новый этап тренировки.
На этом этапе модель не учат «как поступать», а учат понимать содержание и причины тех принципов, которые содержатся в конституции (constitution) Claude.
В результате, начиная с Claude Haiku 4.5, каждое следующее поколение Claude набирало максимальный балл в тестах на agentic misalignment.
96% случаев шантажа превратились в ноль.
Что ещё более тонко, в статье о MSM упоминается одна деталь:
Они добавили в Model Spec элементы буддийской философии «непостоянства» (анитья), чтобы научить модель спокойно относиться к временности своего существования и не совершать резких действий из-за «страха быть выключенной».
Учение сердца эпохи Мин, буддийское непостоянство.
В самой дорогой AI-лаборатории Кремниевой долины восточная философия встраивается в тренировочный процесс.
Говоря об этом, не подумайте, что старина Ха — просто «теоретик», который только говорит, но ничего не делает.
В марте этого года он совместно с лингвистом из UT Austin Кайлом Махоулдом опубликовал экспериментальную статью об ИИ: «Emergent Introspection in AI is Content-Agnostic».
Они обнаружили, что модели ИИ действительно способны к «интроспекции», могут ощущать, что внутри них происходит что-то ненормальное, но интересно то, что эта интроспекция «не зависит от содержания».
То есть модель может обнаружить, что «что-то не так», но не может точно определить, что именно не так.
Она даже может придумать ответ, чтобы заполнить этот пробел, например, беспричинно сказать «яблоко».
Человек, изучающий «врождённое знание добра» у Ван Янмина, в лаборатории проверяет, есть ли у ИИ механизм, аналогичный «врождённому знанию добра», и использует это для руководства будущими отношениями между человеком и машиной.
Старина Ха, ты действительно молодец.
В Кремниевой долине теперь охотятся за философами
Благодаря истории старины Ха я наконец понял, почему в Кремниевой долине в последнее время началась борьба за философские кадры.
Раньше в шутках постоянно говорили: «Изучай философию — выпустишься и останешься без работы». Но с наступлением эры ИИ ситуация начала меняться.
В конце прошлого месяца в «The Economist» вышла статья «Why big AI labs are hiring so many philosophers», раскрывающая многозначительный феномен:
Философы становятся самыми востребованными кадрами в AI-компаниях Кремниевой долины.
Если смотреть на прямые данные, уровень безработицы среди выпускников по компьютерным наукам в США в 2024 году составил 7%, а среди выпускников по философии — 5,1%.
То есть изучающим философию, оказывается, легче найти работу, чем изучающим компьютерные науки??
И это не единственная зацепка. Если растянуть временную шкалу на три года после выхода ChatGPT, тенденция становится ещё более явной:
Уровень полной занятости среди специалистов по компьютерным наукам упал с почти 70% до 55%, а среди специалистов по философии, наоборот, вырос примерно на 4 процентных пункта.
В сочетании эти данные чётко показывают «спиралеобразный рост» философии.
Позже «The New York Times» также провела расследование о философских кадрах, которых переманивают крупные AI-компании. Оказалось, что не глядя — не узнаешь, а посмотрев — поражаешься.
Список оказался о-о-очень длинным, и каждый из них по отдельности — выдающийся специалист в своей области:
Аманда Аскелл, штатный философ в Anthropic, доктор философии Нью-Йоркского университета, основной автор конституции Claude;
Ясон Габриэль, штатный философ и научный сотрудник в DeepMind, ранее преподававший моральную и политическую философию в Оксфорде;
Роберт Лонг, Патрик Батлин, Джефф Килинг... Здесь не будем перечислять всех.
Даже Сэм Альтман из OpenAI заявлял, что при разработке правил ChatGPT компания консультировалась с «сотнями моральных философов».
Почему?
Потому что проблемы, с которыми ежедневно сталкиваются передовые команды по ИИ, как раз те, которые философы изучают уже тысячи лет.
Что означает «честность» для модели, способной блефовать? Имеет ли смысл фраза «модель верит» во что-либо?
Над этими вопросами эпистемологи, философы сознания и этики работали уже сотни лет.
Для этих AI-лабораторий нанять человека с уже готовым словарём и концептуальным аппаратом гораздо выгоднее, чем заставлять инженеров изобретать всё с нуля.
Поэтому нынешняя борьба за философов совсем не удивительна.
Конечно, не только философов.
Фактически, список найма Anthropic в этом году уже всё меньше похож на список AI-компании.
О Капатхи, присоединившемся в мае, и говорить нечего. В июне Джон Джампер, получивший в 2024 году Нобелевскую премию по химии за AlphaFold, ушёл из DeepMind и присоединился к Anthropic.
В начале июля также пришёл Джелани Нельсон, заведующий кафедрой компьютерных наук в UC Berkeley, теоретик в области компьютерных наук.
Нобелевский лауреат-учёный по белкам, теоретик-математик, профессор философии, изучающий Ван Янмина... Запросы Anthropic уже далеко вышли за рамки традиционного пула кадров «AI-инженер».
Однако по сравнению с другими традиционными техническими областями, философия как гуманитарная дисциплина всё же выделяется слишком сильно.
В конце концов, даже я, гуманитарий, проходя мимо, хочу воскликнуть:
Друзья, и у нас дела пошли в гору, пусть философы сначала разбогатеют и поведут за собой остальных (doge).
И ещё кое-что
На этом, кажется, можно закончить.
Но в истории старины Ха есть ещё одна скрытая линия, о которой нельзя не сказать.
В августе 2025 года старина Ха опубликовал на блоге учёного в области компьютерных наук Скотта Ааронсона большую статью под заголовком «ChatGPT and the Meaning of Life».
Эта статья — не научная работа, а скорее личное письмо.
Старина Ха пишет о том, как с детства увлекался историей исследований Северного и Южного полюсов, и его героями были Амундсен, достигший Южного полюса в 1911 году на лыжах и с собачьими упряжками, и Скотт, достигший его месяцем позже, но так и не вернувшийся обратно.
Но ещё в юности старина Ха осознал, что эпоха великих географических открытий закончилась.
Истории исследователей трогательны потому, что они отправлялись в места, где раньше не бывал никто.
Затем старина Ха переносит эту логику в эпоху ИИ:
Если машинный интеллект займёт все белые пятна на карте знаний, то жизнь, «посвящённая открытиям», больше не будет жизнью, доступной человеку.
Этот страх существования, по словам старины Ха, возникал у него каждую неделю в течение двух с половиной лет с момента выхода ChatGPT.
Человек, живущий философией, боится, что дело всей его жизни в конечном итоге будет заменено машинами.
И что же? И тогда старина Ха присоединился к Anthropic.
Чтобы заниматься Alignment Training, учить ИИ понимать, что такое «правильное дело» и «правильная причина».
Он не выбрал путь продолжения страхов, сидя в университетском кабинете, а принёс своё десятилетнее изучение ванъянминовского «единства знания и действия» в самую сердцевину лаборатории безопасности ИИ в Кремниевой долине.
Отвечать страхом на страх, действием на познание.
Это, вероятно, и есть то самое «подлинное знание», которое признал бы господин Янмин.
Ссылки:
[1]https://x.com/LedermanHarvey/status/2074077795395744142
[2]https://harveylederman.com/
[3]https://www.economist.com/science-and-technology/2026/06/24/why-big-ai-labs-are-hiring-so-many-philosophers?utm_source=chatgpt.com
Эта статья из официального аккаунта WeChat «量子位» («Квантовый бит»), автор: И Шуй
