В криптосообществе активно обсуждается новый слух: Канье Уэст продал свой аккаунт X (Twitter) за $17 миллионов. Но настоящая сенсация — не продажа аккаунта, а громкая новость о скаме $RUGPULL — мемкоина, которого ожидали тысячи инвесторов.
До погружения в крипту Кристиан Баркер, известный как Barkmeta, был обычным дизайнером из богатой семьи. Однако в 2021 году он резко сменил курс и вошел в мир NFT, быстро заняв нишу среди влиятельных лиц криптоиндустрии.
Его аккаунт в X (Twitter) сейчас насчитывает более 200 000 подписчиков, где он ежедневно публикует криптоконтент. Но мало кто знает, что за этим образом скрывается один из крупнейших мошенников.
Запуск мемкоина, связанного с Канье, изначально подогревался самим Barkmeta. Он провел Twitter Space, в котором уверял слушателей, что $RUGPULL станет крупнейшим мемкоином, обещая инвесторам быструю и феноменальную прибыль.
Однако за кулисами всё оказалось спланированной аферой. Во время трансляции Barkmeta избегал сложных вопросов, что только усиливало напряжённую атмосферу. Тем временем один из участников его команды получил подписку от Канье — совпадение? Вряд ли.
Другой тревожный сигнал в том, что после слухов о продаже аккаунта стиль постов Канье резко изменился. Его X (Twitter) заполнили публикации о мемкоинах, чего раньше не было. Это был единственный день, когда его лента полностью посвящалась крипте. Если этого некоторым было недостаточно, вскоре появились и новые доказательства.
В сеть утекла запись из приватного канала Barkmeta, где его команда обсуждала очередную мошенническую схему. Эти люди действуют еще с 2022 года, а их прошлые аферы, включая схему «pump-n-dump» с токеном $POX, уже становились объектом громких скандалов. Общая сумма похищенных средств исчисляется миллионами долларов, но до сих пор им удавалось избегать ответственности.
В 2023 году Barkmeta также запускал NFT-проект DeFiApes совместно с Machi Big Brother и Shillin Villain. Инвесторы вложили 22 000 ETH (более $40 млн на тот момент), но команда продала токены, обрушила цену и просто исчезла. В результате потери инвесторов превысили 90%, в то время как организаторы фиксировали значительную прибыль.
