- В рамках IT Ukraine GR Conference прошла панельная сессия о налогообложении криптоактивов.
- В ней приняли участие представитель Минцифры Дмитрий Николаевский и экономист Даниил Монин.
- Они рассказали об отличиях законопроекта Минцифры от варианта НКЦБФР, декларировании криптоактивов и транзитном переходе к легальной среде.
В Киеве состоялась конференция IT Ukraine GR Conference. В рамках этого события прошла панельная сессия при участии эксперта Проектного офиса по развитию цифровой экономики Министерства цифровой трансформации Украины Дмитрия Николаевского и экономиста Даниила Монина.
Участники затронули ряд тем, которые непосредственно касаются регулирования крипторынка в Украине. В частности, они обсудили законопроекты от Минцифры и Национальной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку (НКЦБФР), призванные, в том числе, ввести систему налогообложения.
Мы подробно рассматривали оба документа ранее. Напомним, законопроект НКЦБФР предполагал ставку налогообложения НДФЛ в 18% плюс военный сбор в размере 1,5%. Подробнее о нем:
Законопроект Минцифры, в свою очередь, предлагает поэтапный подход с постепенным увеличением ставки с 5% до 18%:
Отличия законопроектов и подходов к регулированию
В начале дискуссии модератор обратил внимание на меморандум МВФ, в котором властей призвали привести законодательную базу в сфере виртуальных активов к соответствию международным стандартам. Также он попросил участников прокомментировать свое отношение к этим законопроектам.
Николаевский отметил, что гарантировать внесение правок в документ НКЦБФР в соответствии с рекомендациями МВФ до конца 2024 года нельзя.
«Ожидаем ли мы каких-то существенных изменений? Скорее нет, поскольку мы приблизительно понимаем мышление Комиссии. У нас были определенные коммуникации, которые указывают на общие аспекты формирования политики. […] Скорее всего, это будут минорные, технические изменения», — добавил он.
Николаевский, ожидаемо, считает, что законопроект Минцифры лучше, поскольку он продуцирует условия для развития рынка. Монин согласился с этим. Позднее в своем Telegram-канале он объяснил свою позицию так:
«Считаю, что законопроект Минцифры лучше, чем инициатива НКЦБФ идеологически. Если в Минцифре думают о развитии рынка цифровых активов и вообще отрасли и готовы смягчать правила налогообложения, то законопроект НКЦБФР выполняет чисто фискальную цель с высокими налогами, а также возможностью лишать лицензий любых внешних игроков. Примерно как SEC [Комиссия по ценным бумагам и биржам] в США — которую вся криптоиндустрия просто ненавидит».
Также он прокомментировал участие в процессе МВФ:
«”Ход конем” Комиссии по, скажем так, отстранению Минцифры от налогообложения криптоактивов в меморандуме МВФ, свидетельствует о том, что они [НКЦБФР] могут подготовить в принципе любой законопроект, который вряд ли будет чем-то отличаться от предыдущего».
Далее участники обсудили то, какой должна быть роль Минцифры в целом при формировании нормативно-правовой базы для криптосферы. На это Николаевский заявил следующее:
«[…] Наша позиция такова: “плохие должны жить плохо, хорошие — хорошо”. Мы видим в этом определенную ценность, добавленную стоимость. Если хорошие [те, кто соблюдают правила] будут жить хорошо, мы увидим тот рынок, в котором возможно регулирование и эффективное налогообложение».
По его словам, криптоактивы — это совершенно новое явление, и в государстве нет органа, который подходил бы идеально для его регулирования. Николаевский считает, что выбор в пользу НКЦБФР, возможно, не столь эффективен, однако, по его мнению, это политический вопрос, который должен решаться на уровне государства.
Монин, в свою очередь, отметил следующее:
«В послевоенный период Украина нуждается в росте разных секторов экономики, в том числе и цифровых активов. Также у нас остается актуальным вопрос миграции, удержания людей в стране. Вполне естественно, что криптоинвесторы, а их, согласно оценке, около 5-6 млн человек, нуждаются в понятных и простых правилах. […] В свете этого принятие законопроекта, который фактически стимулирует смену налогового резидентства — это плохая идея».
Происхождение и декларирование криптоактивов, вопрос налоговой амнистии
По словам Николаевского, внедрение нормативно-правового базиса «с нуля», когда рынок фактически не функционировал, требует определенного «транзитного периода».
«Мы не исключаем, что это возможно, но только при условии внедрения определенного инструмента, которая предупредит возможные потери контрагентов, вынужденных работать в тех реалиях», — отметил Николаевский.
Монин добавил к этому следующее:
«Я считаю, что проверять предыдущие периоды — это неправильная позиция. Ни в одном, ни в другом законопроекте нет таких инструментов. Мне кажется, что должна быть проведена первичная декларация всех криптоактивов по актуальной рыночной цене на дату запуска нормативной базы во избежания любых проблем».
Экономист также отметил, что относится скептически к идее любых проверок «законности» таких активов.
«Криптобиржи уже включают определенные меры мониторинга [возможных нарушений AML]. Законопроекты также предполагают требования по отношению к операторам. Нужно “провести линию”, после чего работать в соответствии с актуальным нормативным полем», — считает Монин.
Также эксперт отметил, что налогообложение физлиц и юрлиц должно быть принципиально разным.
В конце дискуссии с вопросом к участникам обратилась советник главы НКЦБФР Вита Форсюк. Он касался разницы между предыдущей редакцией, которая частично легла в основу законопроекта Минцифры, и актуальной версией законопроекта Комиссии.
По словам Николаевского, новый документ значительно хуже. Он указал на то, что в предыдущей редакции ставка налогообложения была ниже. Кроме того, сбор не затрагивал операции по обмену одних криптоактивов на другие.
Также Форсюк указала на то, что законодательство Украины фактически запрещает Минцифре выполнять регуляторные функции на рынке криптоактивов. Она подняла вопрос о том, что в законопроекте министерства нет «никаких требований» к эмитентам токенов.
«Касательно того, кто должен быть регулятором — это вопрос политический, как я отмечал ранее. Касательно нормативного фреймворка, да, действительно, предложенный нами вариант меньше, он не такой масштабный и содержит меньше требований к поставщикам услуг. Логика тут заключается в том, что компании должны начать сначала работать, собрать клиентскую базу, после чего они начинают взаимодействовать с регулятором», — ответил на это Николаевский.
Монин, уже после завершения панельной сессии, так прокомментировал вопросы представительницы НКЦБФР:
«Мне не удалось ответить Форсюк публично на мероприятии, там отбивался мой оппонент, но подведу итоги. Национальная комиссия ценных бумаг и фондового рынка есть, а самого рынка — нет. Убит. Все это регулирование криптоактивов от НЦКБФР — это об убийстве рынка».
