Некоторые говорят, что это худший нефтяной кризис с 1970-х годов.
На заправочных станциях Таиланда и Вьетнама уже нельзя заправиться, люди вынуждены работать из дома; южнокорейские заводы по производству чипов начали беспокоиться о поставках гелия; Япония уже ведет переговоры о покупке нефти с Аляски; продовольственные организации помощи в Африке беспокоятся, где им взять продовольствие, если война продлится еще три месяца?
Все это происходит одновременно на этой неделе, и последствия войны для этого мира оказались более хаотичными, чем мы предполагали.
С начала войны на Ближнем Востоке Ормузский пролив фактически остановился, и почти 20% мировых поставок сырой нефти и сжиженного природного газа повисли в воздухе. Цены на нефть с довоенного уровня сразу подскочили на 40%, достигнув 110 долларов за баррель, а Иран публично заявил, что их цель — поднять эту цифру до 200. Взрыв объекта СПГ Рас-Лаффана в Катаре, узла поставок, занимающего 20% мировой торговли природным газом, может потребовать несколько лет для восстановления мощностей.
