Автор: Alana Levin, Variant
Перевод: Hu Tao, ChainCatcher
В основе нашей инвестиционной философии в Variant лежит убеждение, что люди должны иметь возможность владеть своими деньгами, идентичностью и данными.
Мы ищем крупные рынки, которые поддерживают и расширяют доступ отдельных лиц и организаций к ресурсам, необходимым для повседневной жизни, и возможность владеть ими. Наши инвестиции в криптосети превратили многие из этих идей в реальность. Эти сети представляют собой протоколы координации, ориентированные на суверенитет и автономию.
Однако, вопросы о том, как оценивать стоимость этих сетей, по-прежнему остаются. Различные протоколы и проекты сильно отличаются по своим целям, поэтому ключевые фундаментальные метрики для отслеживания успеха и прогнозирования роста также разнятся.
Мы считаем, что все токены можно разделить на одну из двух категорий: активы-средства сбережения ценности (SOV) или инструменты, подобные акциям. В частности, мы считаем, что рамки «средства сбережения ценности» очень полезны для оценки блокчейнов первого уровня (L1) — одних из крупнейших и наиболее важных протоколов денежной координации в современной финансовой системе.
В ходе подробного обсуждения мы определили ряд фундаментальных показателей для понимания, оценки и отслеживания будущего развития этих сетей. Цель этой статьи — изложить часть процесса размышлений, надеясь, что это окажется полезным ориентиром для других, размышляющих об этих активах.
Активы L1 могут служить средством сбережения ценности
Одной из наших ключевых концепций является то, что L1 можно анализировать и моделировать как средство сбережения ценности.
Так что же делает актив хорошим средством сбережения ценности? Наши ключевые фундаментальные элементы следующие (примерно в порядке важности):
Технологическая долговечность: Будет ли этот актив существовать через 5–10 лет? В какой степени его внешний вид/функциональность останется неизменным?
Дефицитность: Широко ли доступен и легко ли получить этот актив? Насколько легко подвержен инфляции этот актив? Насколько предсказуема кривая его инфляции?
Устойчивость к цензуре: Насколько легко отдельному субъекту конфисковать этот актив? В какой степени может быть заблокирована или остановлена связанная с этим активом экономическая деятельность?
Экономическая продуктивность: Можно ли использовать этот актив для содействия экономической деятельности? Насколько он полезен в финансовой сфере, например, имеет ли он залоговую ценность?
Меметика (Memetics): Считают ли другие этот актив средством сбережения ценности? Важной характеристикой любой денежной единицы является достижение обществом консенсуса относительно её ценности и полезности.
Ликвидность: Доступен ли этот актив широкому кругу лиц, желающих включить его в свой портфель (независимо от масштаба)? Мы ставим его на последнее место, потому что обычно он является производным от подражательного поведения; ликвидность, как правило, порождает ещё большую ликвидность. Чем больше интерес к активу, тем больше вероятность роста его масштаба (по сравнению с инфляционными деньгами). Биткоин не был очень ликвидным в первые годы, но теперь он стал одним из самых ликвидных активов в мире.
Немногие рынки могут превзойти по размеру общий рынок средств сбережения ценности (TAM). Золото — самое крупное и широко признанное средство сбережения ценности — имеет рыночную капитализацию в 31 триллион долларов. Рыночная капитализация серебра также достигает 4 триллионов долларов. Мы считаем, что некоторые L1 имеют потенциал стать лучшими средствами сбережения ценности.
Активы суверенных фондов благосостояния
В настоящее время выделяются три актива L1, которые с высокой вероятностью станут основными средствами сбережения ценности: Биткоин (BTC), Эфириум (ETH) и ZEC. В рамках нашей концепции каждый из них превосходит в разных измерениях.
Биткоин доминирует в меметическом восприятии, его часто называют «цифровым золотом». Сильная рефлексивность мемов — это мощная сила и важный фундаментальный аспект для любого претендента на роль средства сбережения ценности: чем больше людей верят, что биткоин является средством сбережения ценности, тем выше вероятность, что и маргинальные группы поверят в это. За последние пятнадцать лет в эту веру инвестировали частные лица, фонды, компании, институты и даже государства.
Эфириум, возможно, более технологически долговечен, чем биткоин. Его легче обновлять, его дорожная карта обеспечивает прозрачное, отслеживаемое и проверяемое понимание будущих планов сообщества разработчиков. Смотря вперёд — и на новые риски, возникающие от таких инноваций, как квантовые вычисления, — мы считаем эту адаптивность преимуществом, а не недостатком. В основе любого качественного суверенного актива лежит вера в то, что он будет существовать через десять лет. Эфириум уже продемонстрировал замечательную устойчивость, выдержав серьёзные технологические и социальные вызовы — например, взлом The DAO, слияние и т.д. — и мы уверены, что он продолжит процветать в этом отношении.
ZCash превосходит других по устойчивости к цензуре и конфиденциальности. Сама возможность, предоставляемая пулом защищённых средств (функция приватных транзакций ZCash), позволяет отдельным лицам избежать риска конфискации будущего благосостояния или массового государственного наблюдения. Это прочное преимущество ZCash, которое даёт людям долгосрочный путь к защите своих активов.
В целом, рынок средств сбережения ценности измеряется триллионами долларов. Это видно уже по текущему положению дел. Мы уверены, что эта сфера будет продолжать расти высокими темпами, и несколько средств сбережения ценности могут сосуществовать.
Однако, глядя на текущую структуру рынка, несмотря на то, что цифровые суверенные средства сбережения ценности (SOV) превосходят золото или серебро по многим из вышеуказанных фундаментальных показателей, они по-прежнему составляют лишь небольшую часть общего рынка SOV. Для нас в этом заключается амбициозная и захватывающая возможность.
