Будет ли бывший генеральный директор FTX Сэм Бэнкман-Фрид (SBF) нести ответственность за неэффективное управление средствами инвесторов?
Законодатели, регулирующие органы и даже институциональные СМИ, похоже, не очень заинтересованы в том, чтобы обвинять SBF в использовании денег клиентов для тайной торговли.
На прошлой неделе большинство организаций, связанных с криптовалютной биржей FTX, стали банкротами. Аналитики блокчейна пришли к выводу, что неплатежеспособность возникла в результате того, что торговый дом биржи Alameda Research сжег почти 10 миллиардов долларов наличными, которые технически принадлежали клиентам FTX. На сегодняшний день компания отказалась уточнить детали контракта, которые сделали эту договоренность возможной или законной.
После краха FTX скептики задаются вопросом, будет ли элита — в Вашингтоне или где-либо еще — заинтересована в тщательном расследовании ситуации. Генеральный директор Tesla, SpaceX и Twitter Илон Маск, очевидно, среди этих скептиков – в своем твите от 13 ноября он поделился изображением, которое связывает Бэнкмана-Фрида, также известного как SBF, с председателем Комиссии по ценным бумагам и биржам Гэри Генслером.
«Бэнкман-Фрид является выпускником Массачусетского технологического института, где Генслер был профессором. У SBF романтические отношения с генеральным директором Alameda Research Кэролайн Эллисон, выпускницей Стэнфорда, чей отец, Гленн Эллисон, также преподает в Массачусетском технологическом институте», — написал в твиттере Илон Маск.
Есть и более серьезные причины задаться вопросом, кто может быть заинтересован в привлечении к ответственности SBF — например, восторженное интервью самого Бэнкмана-Фрида от 14 ноября, опубликованное New York Times. Отмечая, что SBF «сравнивали с такими титанами финансов, как Джон Пирпонт Морган и Уоррен Баффет», автор материала Яффе-Беллани говорит, что SBF «согласился с критиками в криптовалютном сообществе, которые сказали, что он слишком быстро расширил свои деловые интересы в широком диапазоне индустрии». Какая мягкая, щадящая формулировка! «Слишком быстро расширил свои деловые интересы»! И не справился с размахом, что же тут поделаешь…
Хорошо, а как насчет утверждения о том, что Alameda использовала более половины клиентских депозитов FTX в размере 16 миллиардов долларов для совершения неудачных сделок?
«Он сказал, что размер позиции исчисляется миллиардами долларов, но отказался предоставить дополнительную информацию», — отметила газета Times.
И это все, ребята? Он «отказался предоставить дополнительную информацию», и вы сразу руки вскинули, извиняясь – окей, окей, не настаиваем на ответе?
А как насчет новых свидетельств блокчейна, указывающих на то, что Alameda использовала расширенные знания о том, какие активы будет перечислять FTX, чтобы информировать о своих покупках? Такое «опережение» является формой инсайдерской торговли, которая, по мнению адвоката, незаконна. Но Times этого вопроса почему-то даже не коснулась.
«Позорный репортаж New York Times об FTX. Газета изображает SBF как благотворителя-предпринимателя, который, к сожалению, разорился, и не упоминает хоть где-то в тексте слова «мошенничество», «преступник», «злоупотребление психоактивными веществами», «друзья и семья», Багамы, «знай своего клиента», «взлом», «украденные средства» или «уничтожение серверов», – написал в твиттере Алекс Крюгер.
Благосклонность СМИ — не единственное преимущество, которым пользуется SBF. Как отмечают некоторые обозреватели — не New York Times, а другие, — Бэнкман-Фрид также обладает определенным политическим влиянием, полученным благодаря многим часам, проведенным в общении на Капитолийском холме, и десяткам миллионов, которые он потратил на пожертвования. Его пожертвование в размере 5,2 миллиона долларов на президентскую кампанию президента Джо Байдена в 2020 году сделало его вторым по величине спонсором. В 2022 году он дал еще 39,8 миллиона долларов комитетам политических действий и кандидатам, в основном, связанным с демократами.
Из этой суммы 27 миллионов долларов пошло группе под названием «Защити наше будущее». Группа сообщила, что потратила около 24 миллионов долларов непосредственно на ралли кандидатов, в том числе 250 000 долларов на поддержку недавно избранного представителя Нью-Джерси Роберта Менендеса-младшего, чей отец входит в Банковский комитет Сената и Финансовый комитет Сената (как некоторые помнят, федеральное жюри сняло с Менендеса-старшего обвинения в коррупции в 2017 году после того, как ему не удалось вынести вердикт. В октябре представитель Менендеса заявил, что ему предстоит новое федеральное расследование по аналогичным обвинениям).
Понятно, почему некоторые наблюдатели задаются вопросом, сталкивался ли SBF с надлежащим уровнем проверки со стороны регулирующих органов — и столкнется ли он с ним в будущем.
«Я хочу знать, сколько жалоб осведомителей было подано в SEC с сообщениями о мошенничестве FTX, — написал руководитель политики Blockchain Association Джейк Червински в твите от 15 ноября, прежде чем напомнить о состоявшейся 23 марта встрече Генслера с SBF. – Я хочу знать, сколько их было подано до того, как FTX встретился с офисом председателя Генслера, чтобы обсудить выгодную сделку. Я хочу знать, почему наш «полицейский в очереди» был слеп к этому».
Соучредитель Helius Labs Мерт Мумтаз сделал аналогичный намек на неоправданную лояльность власть имущих к SBF, припомнив историю Алексея Перцева, разработчика, заключенного в этом году в тюрьму за написание кода криптомиксера Tornado Cash (TORN).
«Американские политики, когда кто-то пишет криптопротокол с открытым исходным кодом: прямиком в тюрьму его! — написал Мумтаз. – Американские политики, когда кто-то буквально выманивает у людей миллиарды, манипулируя прикормленными персонами: «А-ха-ха, вот ведь плохой мальчик».
Конечно, есть вещи, которые регулирующие органы и выборные должностные лица могут сделать, чтобы доказать, что скептики ошибаются. Например, законодатели, с которыми SBF связан, такие как клан Менендес, могут отказаться от участия в неизбежных слушаниях в Конгрессе, связанных с крахом FTX.
Во-вторых, Генслер и другие регуляторы могут агрессивно — и публично — расследовать связи между FTX US и международными операциями FTX. Они могли бы воздержаться от нечестного использования ситуации для преследования совершенно не связанных с этим проектов в области децентрализованных финансов (DeFi), которые представляют собой просто фрагменты кода, созданные и иногда поддерживаемые разработчиками, такими как Tornado Cash. Нечестность, присущая использованию платформ, которые терпят неудачу, в качестве предлога для нацеливания на конкурентов, уже привела к заявлениям о том, что вся история SBF была акцией федеральных органов с намерением запятнать криптовалюту. Хотя до сих пор такие утверждения звучали не всерьез, можно не сомневаться, что они превратятся в настоящие теории заговора.
«Я не склонен к заговорам, но тот факт, что SBF все еще на свободе и публикует дерьмо в Твиттере после совершения крупного финансового преступления, и СМИ описывают ситуацию, смягчая ее, и Кевин О'Лири говорит, что он может снова работать с ним… ЧТО ПРОИСХОДИТ???» — написал DCinvestor.eth 15 ноября 2022 г.
Наконец, законодатели, которые действительно занимаются вопросами, связанными с криптовалютой и финансами, могут сосредоточиться на разработке правил, которые не позволяют отраслевым авторитетам использовать своих клиентов и злоупотреблять ими. Это стало бы долгожданным поворотом от подхода, принятого демократами в Конгрессе, которые были гораздо больше сосредоточены на разработке правил, нацеленных на самых бедных американцев. Вспомним хотя бы неудавшееся предложение администрации Байдена заставить банки сообщать данные о банковских счетах с годовыми транзакциями на сумму более 600 долларов.
Скоро мы узнаем, решит ли правящий класс Америки принять какую-либо из этих мер, исключив SBF из отрасли и расправившись с любыми его подражателями.
Спойлер: не надейтесь.
Об авторе
Руди Такала — репортер ведущих СМИ. Он имеет степень магистра политических коммуникаций Американского университета в Вашингтоне, округ Washington, DC.
