Комиссия по ценным бумагам и биржам США (SEC) направила повестки ряду банков Уолл-стрит с целью расследования почти обанкротившейся сделки хедж-фонда на основе искусственного интеллекта Situational Awareness, произошедшей в прошлом месяце. Об этом первой сообщила The New York Times 24 августа, что позже подтвердил Reuters со ссылкой на информированный источник.
Примечательны вопросы в повестках: запрашивается не инвестиционная стратегия фонда, а две конкретные вещи — точное время совершения этих сделок, а также переписка между банками и фондом относительно предоставления заемных средств, то есть как обсуждалось кредитное плечо. Повестки также требуют от этих банков сохранить всю соответствующую информацию.
Повестки получили банки, предоставившие ему заемные средства: Goldman Sachs, JPMorgan Chase, Citigroup, Bank of America. Согласно документам регуляторов, Situational Awareness был важным клиентом для всех четырех. SEC и четыре банка отказались от комментариев.
Со стороны фонда поступило заявление: «Ожидаемо, что регуляторы внимательно изучат любой фонд, получивший высокую известность, продемонстрировавший значительную доходность или испытавший особенно резкий откат. Мы — строго регулируемая компания и будем максимально содействовать любым регуляторным запросам».
Расследование находится на самой ранней стадии и не обязательно приведет к штрафам или иным мерам. На Situational Awareness также не выдвигается никаких обвинений в неправомерных действиях. Сам факт запроса информации не означает, что эти банки сами являются целью расследования.
Что же произошло в прошлом месяце?
Этот фонд был основан в 2024 году. Его основатель Леопольд Ашенбреннер, бывший исследователь OpenAI, которому сейчас 24 года. Его пространное эссе о будущем ИИ на время заполонило соцсети, а высокие доходы фонда на раннем этапе сразу вывели его в центр внимания. На пике Situational Awareness управлял активами более чем на 300 миллиардов долларов, плюс привлекал сотни миллиардов в виде заемных средств.
Его стратегия представляла собой тогда считавшуюся самой надежной комбинацию: лонг по чипам и шорт по традиционным софтверным компаниям — ИИ забирает работу у софта, чипы поглощают весь спрос. В июле эта логика рухнула. ETF на чипы упали на 21% за месяц, в то время как софт вырос на 4,4%. Обе ноги стратегии сработали против фонда, а сложные производные инструменты, которые он использовал для усиления доходности, в этот момент столь же сильно усиливали убытки.
За один только июль стоимость портфеля фонда упала на 67%.
Ашенбреннер в письме инвесторам написал: «Мы оказались ближе к невосполнимой потере капитала, чем могли себе позволить». Он заявил, что компания в итоге нашла решение, но никогда не планировала доводить себя до такого состояния.
Решение заключалось в распродаже со скидкой. Он продал большую часть своего публичного акционерного портфеля конкуренту Citadel. 3 августа в результате внебиржевой сделки он единовременно продал около 4,62 миллиона акций (3,42%) японского производителя электронных компонентов Taiyo Yuden, покупателями выступили Citadel, Jane Street, JPMorgan и Barclays.
К 21 августа Citadel сообщила своим инвесторам, что ей удалось снять более 80% общего риска с этого портфеля, совершив для этого около 100 сделок блок-трейдинга, связанных с рыночной стоимостью свыше 40 миллиардов долларов.
По подсчетам Financial Times, убыток Ашенбреннера в размере 35 миллиардов долларов в июле может войти в первую лигу крупнейших торговых потерь в истории.
Почему внимание приковано к банкам?
Потому что два пункта, указанные в повестках — время сделок и переписка о кредитном плече, — указывают не на ошибочность суждений самого фонда.
Если хедж-фонд ошибается в направлении рынка и теряет все свои средства — это его собственное дело, SEC обычно этим не занимается. Подлинный интерес у регулятора может вызвать другое: когда фонду уже явно не хватало средств, сколько знали, в какой момент узнали и не выводил ли кто-то свои позиции раньше других основные брокеры, предоставившие ему плечо. После краха Archegos в 2021 году под пристальным вниманием в итоге оказались несколько инвестиционных банков, а не сам семейный офис.
Требование в повестке сохранить информацию — еще один сигнал в этом направлении. Это означает, что регулятор считает, что эти записи переписки могут быть полезны в дальнейшем.
