Автор: Forbes
Перевод: AididiaoJP, Foresight News
Open USD заявляет, что решает все проблемы с расчетами стейблкоинов, но сможет ли он это сделать, несмотря на более чем 150 партнеров на момент запуска?
Список гостей Open USD важнее самого токена. Когда долларовый токен при запуске собирает более 140 партнеров, включая крупнейшую в мире управляющую компанию, две конкурирующие карточные сети, глобальный банк-кастодиан, крупнейшую платформу торгового программного обеспечения и множество криптокомпаний, сам токен почти отходит на второй план. Каждый уровень финансовой системы решил занять место за одним столом.
Основатели-партнеры, включая Stripe, Coinbase, Mastercard, Visa и BlackRock, задают тон. Более широкий список очерчивает полную картину: Bank of New York Mellon, Standard Chartered, DBS Bank и Bank of America, а также Shopify, Google, IBM, Mercado Pago, Ripple, Aave, MetaMask и Anchorage; American Express и Discover также в списке. Чтение этого списка по категориям дает четкую карту — кто считает, что стейблкоины станут важными, и кто не хочет, чтобы конкуренты монополизировали эту траекторию.
Такой широкий альянс не случаен. Каждая категория в списке представляет свой способ извлечения выгоды или защиты от угроз, исходящих от долларов, движущихся по блокчейну. Инициаторы намеренно собрали их вместе, потому что ценность стейблкоина заключается в широте его принятия, а самый быстрый способ создать эту широту — сделать тех, кто его принимает, владельцами токена.
Почему управляющие компании присоединяются?
В первую очередь стоит обратить внимание на BlackRock. Резервы стейблкоина — его экономический двигатель, они в основном инвестируются в краткосрочные казначейские обязательства и инструменты денежного рынка — именно в том, в чем BlackRock силен. С точки зрения управляющей компании, крупный долларовый токен — это огромный и чрезвычайно ликвидный пул наличных, требующий профессионального управления. BlackRock уже управляет токенизированными продуктами денежного рынка, смежными со стейблкоинами. Присоединившись к Open USD, он оказывается внутри бизнеса по управлению резервами токена, ориентированного на сотни партнеров, а не конкурирует за это управление извне.
Этот контроль — отнюдь не маленький приз. Сторонники представляют, что долларовый токен такого масштаба будет держать сотни миллиардов долларов в казначейских облигациях и наличных, и этот пул ежедневно генерирует доход. Тот, кто управляет им, может взимать комиссию с самых больших и стабильных остатков в системе. Выбор BlackRock стать членом, а не просто поставщиком, указывает на то, что он ожидает, что Open USD будет достаточно большим, чтобы заслужить бизнес по управлению резервами через владение долей в токене.
Почему присоединяются торговые компании и банки?
Shopify смотрит на противоположный конец денежного потока — на оформление заказа. Торговцы платят комиссию за обмен при оплате картой, а их рабочие остатки не приносят дохода. Токен, который обеспечивает мгновенные расчеты, имеет более низкую стоимость приема и, по модели Open USD, возвращает доход от резервов торговцам, решает обе проблемы сразу. Для платформы с миллионами торговцев стейблкоин, снижающий стоимость приема платежей и приносящий доход от резервов с простаивающих остатков, напрямую повышает маржу прибыли.
Банки — самые показательные участники, потому что они сталкиваются с наибольшими рисками. Bank of New York Mellon, Standard Chartered, DBS Bank и Bank of America получают прибыль от хранения депозитов и трансграничных переводов денег, и оба направления находятся под угрозой со стороны стейблкоинов. Их расчет оборонительный: если токенизированный доллар будет отвлекать остатки со счетов, то лучше сидеть внутри альянса, выпускающего токен, сохраняя бизнес по кастодиальному обслуживанию и расчетам, и делиться доходом от резервов, чем наблюдать, как депозиты утекают к токену, в котором у них нет доли.
Это хеджирование сопровождается еще одним соображением. Крупнейшие банки США отдельно строят общую сеть токенизированных депозитов, чтобы предотвратить массовый отток средств из банковской системы. Их одновременное присутствие в списке Open USD говорит о том, что они не уверены, какая модель победит, и поэтому страхуются, делая ставки на оба пути одновременно.
Роль технологического и крипто-сектора
Имена технологических компаний указывают не только на текущее использование, но и на будущие сценарии. Google и IBM — ни торговцы, ни банки, они строят инфраструктуру для агентско-управляемой коммерции — программное обеспечение, которое автоматически совершает покупки от имени пользователей. Оплата машинами требует программируемых, четко определенных правилами долларов, а токен, управляемый открытым альянсом, легче использовать для разработки, чем токен, контролируемый одним конкурентом. Их участие указывает на ставку: токен для расчетов между машинами не должен принадлежать какой-либо одной компании.
Крипто-участники предоставляют то, чего не могут дать банки и торговцы. Ripple приносит трансграничную ликвидность, Aave предоставляет рынки кредитования, MetaMask имеет десятки миллионов пользовательских кошельков, а Anchorage обеспечивает необходимое соответствие нормативным требованиям для кастодиального обслуживания токенов регулируемыми учреждениями. Для Open USD они превращают токен на бумаге в токен, который с первого дня можно фактически использовать, торговать и рассчитываться. Для крипто-компаний сидение в альянсе, включающем BlackRock и Visa, — это путь к мейнстриму, за которым они гнались десять лет.
Присоединение Mercado Pago указывает на юг. В Латинской Америке долларовые стейблкоины уже давно стали инструментом сбережения и расчетов для частных лиц и предприятий, хеджирующих местную валюту, и Mercado Pago находится в центре регионального спроса. Участник, который может продвигать Open USD среди десятков миллионов латиноамериканских пользователей, дает этому токену то, чего не могут предоставить его американские основатели: немедленную практическую значимость на рынке, где стейблкоин — не удобство, а необходимость.
Конкуренты сидят в одной комнате
Самое странное в этом списке — сколько его членов являются конкурентами. Visa и Mastercard управляют конкурирующими сетями; American Express и Discover — еще двумя; Coinbase и Ripple годами стояли на противоположных сторонах в юридических и культурных баталиях в криптосфере; Solana и Polygon — конкурирующие блокчейны. Поддержка этими компаниями одного и того же токена говорит о том, что страх быть исключенными из инфраструктуры стейблкоинов перевесил инстинкт создавать собственную проприетарную версию. Это та же логика, что привела к созданию общих карточных сетей десятилетия назад: ни одна компания не могла создать широкое принятие в одиночку, поэтому они построили это вместе, а затем конкурировали на этом.
Позиция карточных сетей наиболее противоречива и наиболее показательна. Прибыль Visa и Mastercard поступает от карточных транзакций, которые дешевые стейблкоины могут напрямую подорвать, но обе являются учредителями-партнерами. Их ставка заключается в том, что, поскольку деньги в любом случае перейдут в ончейн, вместо того чтобы цепляться за старые пути, они могут продолжать оставаться в денежном потоке, продавая услуги по токенизации, расчетам, борьбе с мошенничеством и т.д. на новых путях. Присоединение к токену, который им угрожает, — именно то, как они сохранят свое положение.
В этом же слабость альянса. Токеном, которым совместно управляют конкуренты, решения будут приниматься медленно. Механизм совместного управления, который делает Open USD привлекательным для членов, также затрудняет принятие решений. Как устанавливать комиссии за управление, как распределять доход от резервов, на каких блокчейнах работать, кто несет убытки — каждый выбор будет сталкивать членов друг с другом, и у карточных сетей-соучредителей также есть собственные амбиции в отношении стейблкоинов. Альянс может сохраняться только до тех пор, пока присоединение лучше, чем действовать в одиночку.
Что этот список говорит вам
Отбросьте отдельные имена — общая картина и есть информация. Управляющие компании хотят резервы, торговцы хотят простоту на этапе оформления заказа, банки хотят сохранить депозиты, крипто-компании хотят каналы дистрибуции, карточные сети хотят удержать платные станции, крупные технологические компании хотят сидеть в потоке платежей агентско-управляемого интернета. Все они смотрят на стейблкоины и приходят к одному и тому же выводу: это становится общей финансовой инфраструктурой, и цена исключения выше дискомфорта от совместного использования с конкурентами.
Для Circle и Tether этот список и есть настоящая угроза. Они создали лучшие независимые долларовые токены, а «независимость» — это именно то, чего члены Open USD решили больше не хотеть. После анонса акции Circle упали более чем на 17%, не потому что у Open USD технология лучше, а потому что этот анонс был равносилен тому, что клиенты, которых Circle нужно было завоевывать, коллективно встали на противоположную сторону.
Отсутствующие говорят не меньше, чем присутствующие. Circle и Tether нет в списке, потому что альянс был создан, чтобы обойти их; крупнейшие розничные банки США также не появились — они заняты созданием собственной сети токенизированных депозитов, а не поддержкой стейблкоинов. Этот список — это самоотобранная группа компаний, которые решили, что общий стейблкоин лучше, чем проприетарный токен или его полное отсутствие.
Возможно, этому токену потребуется год, чтобы официально запуститься, и он может споткнуться о интересные механизмы управления. Но список гостей уже указывает направление: стейблкоин превратился из продукта, продаваемого одной компанией, в инфраструктуру, которой совместно владеет вся отрасль, и компании, которые первыми это осознали, обеспечили себе возможность не арендовать ее у других.
