Автор: Rob Hadick, партнер Dragonfly
Компиляция: Luffy, Foresight News
В выходные было много дискуссий о венчурных инвестициях, особенно в криптосфере, и я считаю, что большинство из них упускают суть. Венчурный капитал сам по себе является рынком, и венчурные инвесторы находятся в его центре. Подавляющее большинство обсуждений игнорируют реальную логику принятия решений обеими сторонами сделки.
У нас есть наши клиенты, то есть инвесторы (LP), которые позволяют нам продолжать работать и вести нашу деятельность. Лучшие венчурные специалисты также обычно вкладывают значительные личные средства, поэтому мы сами тоже являемся клиентами. С другой стороны — стартапы. Я несу реальную ответственность перед основателями проектов, в которые инвестирую, и они знают, что я отношусь к этому крайне серьезно, но мои инвестиции в стартапы в конечном итоге основаны на одном ключевом условии: могу ли я хорошо обслуживать своих клиентов и оправдывать их ожидания?
Это не означает просто предоставление впечатляющей абсолютной доходности, потому что инвесторы оценивают не только это. Их волнует множество факторов, имеющих разную степень важности: доходность с поправкой на риск, репутационные риски, регуляторные риски, циклы ликвидности при выходе, соинвесторы, доступ к ключевым информационным кругам, возможность инвестировать в активы и направления, о которых уместно говорить в социальном контексте, а также работа с приятными людьми. Мы все знаем крупные фонды, которые постоянно показывают результаты хуже, чем у коллег, но по-прежнему привлекают средства. В рынке с множеством вариантов выбора такова реальность.
Поэтому, когда вы видите соответствующие данные, они не просто говорят о том, что «институциональные инвесторы перестали вкладывать». Они лишь указывают на то, что инвесторы либо хотят снизить долю allocations, либо готовы инвестировать в меньшее количество фондов. Общий объем средств, которые они направляют в эту область, сокращается, или они готовы размещать средства только у более качественных управляющих. В традиционном венчурном капитале это в основном последнее; в криптосфере — и сокращение средств, и сокращение числа фондов. Эта концентрация отрасли — не сбой рынка, а как раз его нормальная работа. Причин много, но в криптосфере основными являются доходность с поправкой на риск и проблемы с ликвидностью, а также нежелание институций ассоциироваться с некоторыми личностями и событиями в этой области.
Следовательно, венчурный инвестор, который хочет остаться на плаву, должен обеспечить, чтобы его инвестиционная стратегия соответствовала потребностям его инвесторов, или убедить их принять определенное направление. Вы постоянно задаетесь вопросом: правильно ли я выбрал основателей, класс активов, направление? Правильный ли уровень риска? Подходящая ли стадия инвестирования? Ценность венчурного капитала заключается в том, чтобы настроить эти факторы таким образом, чтобы удовлетворить инвесторов. Конечно, то, что радует LP сегодня, может не радовать в долгосрочной перспективе, но это тоже решение, которое должен взвешивать венчурный инвестор.
Это означает, что в текущем цикле вы должны иметь exposure к стейблкоинам, перпетуальным контрактам и рынкам предсказаний, даже если вам не удалось, как некоторым, рано выбрать победителей. Это не означает, что вы не можете делать крупные ставки на рискованные, антиконсенсусные проекты, но вы должны сначала доказать, что имеете на это право. Венчурный инвестор, который совершил крупную антиконсенсусную ставку и ошибся, не сможет собрать следующий фонд; а тот, кто был стабильно прав и постоянно возвращал средства — сможет. Антиконсенсусное инвестирование само по себе является постепенной шкалой. Когда мы с Founders Fund инвестировали в расширение проекта Polymarket в конце 2023 — начале 2024 года, это не было рыночным консенсусом, многие даже говорили, что не понимают этого, считая, что я трачу деньги на проект, который обретает product-market fit раз в четыре года. Но для венчурного инвестора это тоже не было крайне рискованной авантюрой.
Венчурная индустрия вознаграждает стабильность и постоянство, а не героизм по принципу «всё или ничего». Только те, кто уже доказал, что может действовать стабильно, имеют право делать крупные ставки и принимать неконсенсусные решения.
Некоторые считают, что признак великой инвестиции — это когда вы выписываете первый чек, другие фонды следуют за вами, а этот основатель не соответствует модели большинства компаний. Это звучит романтично, и если история действительно успешна, то так оно и есть. Но реальность такова, что если основатель не соответствует инвестиционной парадигме ни одного фонда, более вероятно, что не я умнее других, а я упустил некоторые ключевые проблемы. Это не абсолютно, я и моя команда действительно инвестировали в основателей, которых рынок упускал из виду, потому что мы верили в наше уникальное суждение, но данные показывают, что вероятность успеха ставок на такие проекты намного ниже, чем при выборе более очевидных основателей.
С другой стороны, есть мнение, что нынешнюю ситуацию на рынке можно объяснить отсутствием у основателей оригинальных идей. Это также упускает суть. Действия основателей движимы стимулами, и эти стимулы сложны и многообразны: нравится ли мне это направление? Смогу ли я привлечь поддержку венчурных инвесторов? Смогу ли я превратить это в большой бизнес? Горжусь ли я этим? Амбициозные основатели обычно хотят делать проекты с большим размахом и высоким потенциальным доходом, но это не означает, что идея должна быть совершенно новой и уникальной. Сводить всё к «копированию» слишком поверхностно. Большинство великих компаний не были первыми в своей области, они стали лучшими. Google был не первой поисковой системой, Facebook — не первой социальной сетью, RedotPay не будет последним необанком-единорогом, а Morpho — не последним кредитным единорогом на блокчейне. Я верю, что в области рынков предсказаний еще появятся значимые инновации, но даже в этом случае новизна — не единственная важная переменная.
В конечном счете, всё сводится к рыночным законам. Венчурные инвесторы не получают вознаграждение за антиконсенсус; их вознаграждение приходит за правильные суждения, предоставление продукта, который хотят инвесторы, и учет всех ветвей дерева решений. Этого можно достичь с помощью контринтуитивного мышления, но в большинстве случаев это не так. Основатели также не получают награду за смелые авантюры; их вознаграждение приходит за создание продукта, которым люди хотят пользоваться, который может быть прибыльным и создавать ценность, и за убеждение инвесторов в том, что они способны на это.
Вся эта идеологическая риторика — не более чем пустая болтовня. В конечном счете, всем управляют рыночные силы.
И, наконец, обычное дополнение: для всех основателей на ранней, поздней стадиях, следующих правилам или идущих против течения, наши двери всегда открыты.
